Меню

Оптимизм новой антропологии

Дата создания: 

27/11/2021


 

Очередным подтверждением того, что полемика с догматами первородного греха и Искупления в Проекте нового Катехизиса РПЦ носит концептуальный характер (то есть, подтверждением того, что происходит изменение самого догматического сознания людей Церкви, а не просто адаптация ортодоксального учения к нормам современного языка и т.п. «косметические» реформы), является последняя статья свящ. Михаила Желтова1 (одного из членов СББК,2 то есть богослова, имеющего непосредственное отношение к созданию нового Катехизиса), в которой можно наблюдать эти изменения в области антропологии и сотериологии.

В частности, автор пишет:

«Суть проблемы. Православным христианам славянской традиции хорошо знакомы слова “яко семя тли во мне есть” – они входят в состав второй молитвы из правила “на сон грядущим” (в греческой среде упомянутая молитва известна не столь широко). Произнося эти слова, молящийся признает, что в нем незримо присутствует “семя”, то есть некий зародыш, “тления”. Насколько оправданно столь горькое признание? В качестве богословского термина слово “тление” (φθορά; в классическом греческом у этого слова – целый ряд значений) указывает, прежде всего, на смертность, а также на способность подвергаться страданию…»

Спрашивается, в чем проблема? Христиане что, бесстрастны (не подвержены страданию) и нетленны уже в этой плоти? Или обновление человеческого естества христиан носит необратимый характер, и они не могут снова пасть? – Это противоречило бы не только здравому смыслу, но и всей христианской аскетике: где бы еще (на каком поприще) подвижнику было подвизаться, если бы его «не бороли от юности» и до самой смерти «мнози страсти»? То есть, истолковать слова «семя тления» в церковнославянском тексте молитвы в ортодоксальном смысле ничего не стоит. Собственно, сам автор и предлагает такое прочтение: «”Что посеет человек, то и пожнет: сеющий в плоть свою от плоти пожнет тление, а сеющий в дух от духа пожнет жизнь вечную” (Гал. 6: 7–8). В этом смысле можно сказать, что личные грехи, поступки “от плоти”, являются “семенами тления”. Несомненно, стоило бы молиться об очищении себя от таких “семян”».

«Проблема» возникает от того, что автор ассоциирует идиому «семя тли» с первородным грехом, привязывает значение семени как «зародыша» («первопричины») «тления» к понятию «первородного греха».

«…в молитве о “семени тления” говорится в единственном числе и без какого-либо пожелания избавиться от него, постулируется только его наличие: “семя тли во мне есть”. Получается, что это “семя” есть некая уникальная в своем роде первопричина “тления”, присутствующая в молящемся не зависимо ни от чего. Таковой первопричиной можно было бы назвать первородный грех. Но как крещеный православный человек может утверждать в себе его наличие, коль скоро этот грех прощен в Крещении?»

Здесь-то и находится «камень преткновения» нового богословского сознания. Что такое грех? Что именно и каким образом происходит в Крещении? Каково состояние человеческого естества до Крещения (в состоянии «ветхого Адама», или грехопадения) и как оно изменяется в Святом Таинстве? Вот круг антропологических и сотериологических вопросов, где носители нового богословского сознания настроены уточнить не только прежние церковные тексты (как отдельные молитвы, так и самые символические книги), но и их смыслы.

«Однако в греческом подлиннике преподобного Антиоха эта фраза звучит иначе! Вот ее оригинальный текст: ὅτι σπέρμα φθορᾶς πέφυκεν ἐν αὐτῷ – “ибо в нем – семя тления”. Речь, таким образом, идет о “семени тли” не “во мне”, но “в нём”, то есть в сатане, о котором шла речь в молитве чуть выше». «При редактуре молитвы в XV–XVI веках правильное чтение “в нём есть” уступило место ошибочному “во мне есть”». «В итоге из-за нескольких слоев редактуры древнего славянского перевода без обращений к греческому подлиннику текст молитвы заметно изменился. В нем появилось как утверждение о “семени тли во мне”, не подтверждаемое ни библейским откровением, ни святоотеческим преданием, так и ряд других ошибок. Наверное, было бы правильно обратиться к подлинным словам святого отца – преподобного Антиоха – и устранить все эти неточности».

Изменение текста молитвы в результате переводов оценивается как «ошибка», которую нужно исправить по той причине, что автор видит в славянском переводе искажение не только текста оригинала, но и его учения («ошибочное утверждение», «не подтверждаемое ни библейским откровением, ни святоотеческим преданием»).

Здесь сразу вспоминается другая «ошибка» перевода с греческого, в несомненном контексте которой находится рассматриваемый случай. Речь идет о синодальном переводе Рим 5:12 («как одним человеком грех вошел в мир, и грехом смерть, так и смерть перешла во всех человеков, [потому что] в нем все согрешили»), на схожую критику которого со стороны прогрессивной библеистики исчерпывающий ответ дал свт. Феофан Затворник. «Иные толковники другие мысли соединяют с сим выражением, основываясь на том, что по-гречески стоит не: в немже, εν ω, — но: έφ' ω, — что следует перевести: поколику, так как. Но мысль и при этом будет та же, то есть что согрешили в нем. И напрасно думают отнять у сего места силу доказательства первородного греха, говоря, что точный перевод сего места должен быть таков: так как все согрешили. А при этом не необходимо будет видеть здесь мысль, что согрешили в нем: ибо можно еще всем согрешать по примеру его, по поводу его. — То правда, что если взять эти слова: поелику все согрешили — вне связи, то они могут не давать той мысли, что все согрешили в нем; но если брать в связи и с предыдущим и с последующим, то и при этом переводе (поелику все согрешили) необходимо дополнять перевод словом: в нем, — чтоб выдержать вполне мысль Апостола. Он говорит: грех чрез одного вошел в мир, и грехом смерть, и таким образом смерть во всех вошла. Грех отворяет врата смерти. Если она вошла во всех, то во всех предшествовал ей грех. Но во всех грех предшествовать смерти не мог иначе, как тем, что все согрешили в том, чрез кого грех вошел, то есть в первом человеке, Адаме. Таким образом читая: смерть вошла во всех людей, потому что все согрешили, — не можем иначе понимать сие последнее, как: согрешили в нем. Но хотя это в нем — само собою должно было приходить на ум, по ходу речи, тем не менее, однако ж, святой Апостол остановился на сем и следующие два стиха употребил на укрепление сей мысли в уме читающих, чтоб они, читая: все согрешили... и не могли иное разуметь, как: согрешили в нем. Так важно это: в нем!» (свт. Феофан Затворник).3 Иными словами, синодальный перевод с греческого на русский язык профессоров духовных академий под редакцией свт. Филарета (так же как и перевод на славянский св. равноап. Кирилла и Мефодия), хотя и расходится с буквой подлинника, никоим образом не искажает его смысла. Соответственно, настаивание на том, что старый перевод искажает смысл, как и в приведенном примере, так и в нашем случае, как раз и продиктовано тем, что ортодоксальный смысл догмата «первородного греха» и вообще «греха» изменился в сознании ревизионеров традиционного богословия Церкви.

Несмотря на то, что позицию автора можно охарактеризовать, как не столь модернистскую, как в случаях прямого отрицания догмата первородного греха (более того, получается, он даже отстаивает традиционный «юридизм», говоря о «прощении первородного греха», от чего иные уже предпочитают воздерживаться как от моветона), в целом, его позиция оказывается в общем ревизионистском тренде нового богословия, просто это сказывается иначе, или в меньшей мере. Общим знаменателем здесь будет известный оптимизм, свойственный новому богословскому сознанию. В частности, в сотериологии это проявляется либо в апокатастасисе, или учении о всеобщем спасении (крайняя степень оптимизма), либо в возможности спасения в инославии и в других религиях, вообще вне Церкви (меньшая степень сотериологического оптимизма). В антропологии стабильным признаком этого же оптимизма является отрицание первородного греха как онтогенетической греховности человеческого рода, или естества. Но это, опять же, будет верхним полюсом позитивности, или радикально-оптимистическим учением о человеке. Тогда как случай рассматриваемой статьи демонстрирует нам более умеренную форму антропологического оптимизма (первородный грех есть, но зато в христианах его нет и следа). Не случайно, в открытом о. Михаилом «неправильном» переводе молитвы преп. Антиоха и в случае с Рим 5:12 (на котором построена вся аргументация «первородно-греховного» нигилизма) совпадают сами разночтения («в нем же [Адаме]» / «в ней же [смертной природе]» и «в нем же [сатане]» / «во мне [тленной природе]»).

Соответственно, и ответ должен быть аналогичный данному свт. Феофаном «иным толковникам» славянского и синодального (то есть святых Кирилла и Мефодия и свт. Филарета) перевода Рим 5:12. А именно: понятно (ясно, как дважды два), что коренная причина греха – диавол, его злая воля («желание сатаниново»). Разумеется, в аутентичной молитве преп. Антиоха в этом отношении все верно. Но и в ее славянском «вольном» переводе – тоже. Потому что перевод греческого «в нем же» «необходимо дополнять словом» «во мне», «чтобы выдержать вполне мысль» святого отца. Сатана ведь не только носитель «семени тли», но и сеятель его в «окаянном моем сердце» и «помраченном уме моем» (10-я молитва, ко Пресвятой Богородице / Молитвы утренние). И как он посеял его в праотцах, которые тоже были в благодати Божией, так он сеет семя греха и смерти в христианах, которые после Святого Крещения не просто могут снова пасть в того же самое состояние «ветхого Адама», но именно так это и происходит в 99,9 % случаях. С этим неприглядным фактом человеческого бытия, о котором повествует все Священное Предание, и ведет полемику новое, «оптимистическое» богословие, под влиянием гуманистической религиозной философии Нового времени повредившее в себе традиционное антропологическое воззрение.

Если я стану теперь «правильно» молиться «в нем же [сатане] семи тли есть», я, тем самым, буду косвенно утверждать, что во мне семени тления нет. Дескать, благодарю Тебя, Боже, что я не таков, как этот сатана: в нем, окаянном, «желание сатаниново» есть, а во мне нету. Покойся, ешь, пей, веселись, душа, много добра лежит у тебя на многие годы… Судя по восторженным комментариям под статьей о. Михаила, многие уже собирается практиковать «правильный» перевод: никто и не обратил внимание на благоразумную авторскую оговорку («личные грехи, поступки “от плоти”, являются “семенами тления”; несомненно, стоило бы молиться об очищении себя от таких “семян”»), рассудив, что не это здесь главное.

«Весьма ошибочно поступают те, которые, находясь под властию страстей, требуют от себя бесстрастия. При таком неправильном требовании от себя, происходящем от неправильного понятия о себе, они приходят в необыкновенное смущение, когда проявится каким-либо образом живущий в них грех. Они приходят в уныние, в безнадежие. Им представляется, по неправильному взгляду их на себя, проявление греха чем-то необычным, чем-то совершающимся вне порядка» (свт. Игнатий (Брянчанинов)).4 Речь идет именно о христианах (что же тогда говорить о носителях одного «ветхого», безблагодатного «естества», где диавол, как у себя дома). Более того, речь о христианах, радеющих о своем спасении, о подвижниках, ведущих многотрудную брань со своими греховными страстями.

«Следующие духовные подвиги открывают для подвижника его внутренний плен, служа причиною возбуждения брани в помыслах и чувствованиях: 1) истинное послушание <…> непременно возбудит к противодействию гордого падшего ангела и тем откроет его присутствие в себе. Если подвижник не обольстится злохитрыми представлениями лукавого, стремящегося под разными предлогами отвлечь от послушания, и пребудет постоянным в подвиге, то возбудит к зависти и лютой борьбе невидимого врага, который не преминет воздвигнуть в подвижнике разнообразные греховные мечтания, помышления, ощущения, увлечения, и тем обнаружит зло, в необыкновенной обширности таившееся во глубине сердечной и представлявшееся вовсе не существующим; 2) чтение, изучение и исполнение евангельских заповедей, которые, отсекая деятельный грех, по преимуществу истребляют грех в самом уме, в самом сердце. Исполнение этих заповедей, или, правильнее, усилие к исполнению заповедей, по необходимости обличает живущий внутри нас грех и возбуждает жестокую внутреннюю борьбу, в которой принимают сильнейшее участие духи злобы; 3) бесчестия и другие скорби также обнаруживают таящийся грех во глубине души. Скорбь по той причине и называется искушением, что она открывает сокровенное состояние сердца. Естественно, что в человеке, находящемся еще под властию греха, она обличает живущий во глубине души грех, который обнаруживается сердечным огорчением, печалию, помыслами ропота, негодования, самооправдания, мщения, ненависти. Усиленное действие этих страстей в душе, особенные нашествие и напор помыслов и мечтаний, служит несомненным признаком действия падшего гордого духа; 4) внимательная молитва, особенно молитва именем Господа нашего Иисуса Христа, при усилии соединять сердце с умом, обличает гнездящегося в сердечной глубине змея и, уязвляя его, побуждает к движению». «Сперва она [нудящаяся душа] увидит зло во внутренности сердца своего, а потом (сокровенное в нем) добро (то есть благодать Божию, насажденную в каждого православного христианина Святым Крещением [Гл. 49. Добротолюбие. Ч. 2.])» (свт. Игнатий (Брянчанинов)).5

И здесь уже ответ на вопрос, что происходит в Крещении. «Искуплением обновлено человеческое естество. Богочеловек обновил его Собою и в Себе. Такое обновленное Господом естество человеческое прививается, так сказать, к естеству падшему посредством Крещения. Крещение, не уничтожая естества, уничтожает его состояние падения; не делая естества иным, изменяет его состояние, приобщив человеческое естество естеству Божию [2 Пет. 1:4]. Крещение есть вместе и умерщвление и оживотворение, — вместе и погребение и рождение. В купель Крещения погружается, в ней погребается и умирает греховное повреждение падшего естества, и из купели восстает естество обновленное; в купель погружается сын ветхого Адама, из купели выходит сын Нового Адама. <…> При крещении человеку прощается первородный грех, заимствованный от праотцев, и собственные грехи, соделанные до крещения. При крещении человеку даруется духовная свобода: он уже не насилуется грехом, но по произволу может избирать добро или зло. [“Он (Господь) освободил нас Св. Крещением, подав нам прощение грехов, и Дал нам свободу делать добро, если пожелаем, и не увлекаться уже, так сказать, насильственно к злому; ибо того, кто порабощен грехами, они отягощают, и увлекают, как и сказано (в Писании), что каждый связывается узами своих грехов” (Притч. 5:22). Преподобного аввы Дорофея поучение 1 об отвержении мира. — “Самовластия и самопроизволения нашего не отнимает Крещение: оно доставляет нам свободу, при которой диавол уже не насилует нас, когда мы не соизволяем ему. Нам предоставляется по крещении на произвол, или пребывать в заповедях Христа, Владыки и Бога, в Которого мы крестились, и ходить по пути повелений Его, или снова возвратиться лукавыми деяниями к супостату и врагу нашему, диаволу”. Преподобный Симеон Новый Богослов, гл. 109. Добротолюбие. Ч. 1]. При крещении, сатана, жительствующий в каждом человеке падшего естества, изгоняется из человека; предоставляется произволу крещенного человека или пребывать храмом Божиим и быть свободным от сатаны, или удалить из себя Бога и снова сделаться жилищем сатаны [Мф. 12:43–45. “Крещением изгоняется нечистый дух и обходит безводные и безверные души, но в них не обретает покоя, ибо покой для беса состоит в том, чтобы смущать лукавыми делами крещенных — некрещенные принадлежат ему от начала (зачатия) — и он возвращается на крещенного с семью духами. Как семь даров Духа, так семь и лукавых злых духов. Когда диавол возвратится на крещенного и найдет его праздным, то есть по причине лености не имеющим той деятельности, которая сопротивляется супостатам, тогда взошедши в него, злодействует лютее прежнего. Очистившемуся крещением, потом (осквернившемуся) нет надежды на второе крещение: разве [что] есть надежда на многотрудное покаяние”. Объяснение Блаженным Феофилактом Болгарским приведенного здесь евангельского текста. — Преподобный Григорий Синайский сказал: “Держи неудержимый ум, то есть обуреваемый и рассеиваемый сопротивною силою, возвратившеюся снова по крещении, по причине нерадения, с иными лукавейшими духами, в ленивую душу, как говорит Господь”. Святого Григория Синаита главы зело полезные, гл. 3. Добротолюбие. Ч. 1. — Преподобный Макарий Великий. Беседа 27, гл. 11]. <…> делая по крещении зло, доставляя деятельность падшему естеству, оживляя его, человек теряет более или менее духовную свободу: грех снова получает насильственную власть над человеком; диавол снова входит в человека, соделывается его владыкой и руководителем» (свт. Игнаний (Брянчанинов)).6

«Он будет крестить вас Духом Святым и огнем. То есть щедро исполнит вас благими дарами Духа, тогда как мое [Иоанна] крещение не дает ни благодати Духа, ни отпущения грехов. Но Он отпустит вам грехи и щедро даст Духа. Лопата Его в руке Его. Когда креститесь от Него и потом будете грешить, не думайте, что Он простит вас. Нет, Он имеет и лопату, то есть рассмотрение и суд. И Он очистит гумно Свое. То есть церковь, в которой хотя много крещеных, подобно как на гумно собираются с поля все, но из них одни оказываются плевелами, каковы легкомысленные и направляемые к злу духами злобы, другие – пшеницею, те, которые приносят пользу и другим, питая их учением и делом. И соберет пшеницу Свою в житницу, а солому сожжет огнем неугасимым. Неугасим огонь геенский. Поэтому обманывался Ориген, когда говорил, что мукам будет конец» (блж. Феофилакт Болгарский).7 Схожим образом обманывается и новое богословие, в неоплатонической традиции полагая, что «рассмотрение и суд» – это такая же аллегория, как «лопата». То есть, само святоотеческое толкование евангельской притчи здесь оценивается как еще одна «притча», иносказание, описывающее сугубо внутренние процессы запущенного механизма необратимого «восстановления естества».

«…Он совсем изгладил их [наши прегрешения], вычистил. Этого сподобляются все крещаемые; и если б по крещении никто не грешил, то ни на ком бы из них рукописания такого и не было. Но как грешат, то хартия опять исписывается грехами и снова изглажена быть может только слезами покаяния. Сила же, изглаждающая все, одна — крестная смерть Господа. В смерти Господа изглажены рукописания всех людей, которые Апостол объединяет и представляет как единое рукописание всего человечества. В силе так и есть; но в действительности рукописание каждого изглаждается во святом крещении или покаянии по вере в Господа, за нас умершего крестною смертию» (свт. Феофан Затворник).8 «Ибо если, избегнув скверн мира чрез познание Господа и Спасителя нашего Иисуса Христа, опять запутываются в них и побеждаются ими, то последнее бывает для таковых хуже первого. Лучше бы им не познать пути правды, нежели, познав, возвратиться назад от преданной им святой заповеди. Но с ними случается по верной пословице: пес возвращается на свою блевотину, и: вымытая свинья [идет] валяться в грязи» (2Пет 2:20-22).

Таким образом, гуманистически-модернистская оптимистическая антропология нового богословия вступает в противоречие с ортодоксальным учением (оцениваемым здесь как ошибочное, «средневековое», излишне «пессимистическое», «юридическое») о том, что не только «ветхий человек» является «жилищем сатаны», но и отступивший от щедрот Святого Крещения христианин вновь «оживляет» в себе «падшее естество» и возвращается в диаволоподобное состояние тления воли и вечной смерти.

 

Александр Буздалов 

Источник 

_____________________________________________________________                                                 

1 свящ. Михаил Желтов. Что есть “семя тли” во второй молитве «на сон грядущим»? http://pravoslavie.ru/106684.html.

2 Состав Синодальной библейско-богословской комиссии. http://theolcom.ru/about/members.

3 Цит. по кн.: Святитель Феофан Затворник. Толкование Послания апостола Павла к римлянам. М.. «Правило веры», 2006. С.412-413.

4 Цит. по кн.: Полное собрание творений святителя Игнатия Брянчанинова. М., «Паломник», 2006. Т.2. С.350.

5 Там же. С.348-349.

6 Там же. С.355-357.

7 блж. Феофилакт Болгарский. Толкование Евангелия от Матфея. Цит. по кн.: Толкование на Святое Евангелие блаженного Феофилакта Болгарского. В двух томах. Т. I. Толкования на Евангелия от Матфея и от Марка. М., «Сибирская Благозвонница», 2010. С.30-31.

8 Цит. по кн.: Святитель Феофан Затворник. Толкование Посланий апостола Павла к колоссянам, к филиппийцам. М.. «Правило веры», 2005. С.160-170.

 

Комментарии

Оставить комментарий

История идей


ПОДДЕРЖАТЬ САЙТ

Карта Сбербанка: 5469 4800 1315 0682


Dvagrada logotyp.jpg