Меню

Credo quia absurdum

Дата создания: 

27/12/2022

Святитель Григорий Палама

В 14 главе Евангелия от Иоанна дважды употребляется образ «обители» Бога, которым, согласно толкованию святителя Григория Паламы, изображается божественная благодать как скиния Нового Завета Бога с верными. Иными словами, здесь излагается самая суть евангельского учения о спасении, а именно, учение об обожении. «Сам Сын в Евангелиях обещает возлюбившим Его и возлюбленным Им вместе с Отцом прiити къ нимъ и обитель у нихъ сотворити <…> это обитание является причастием, – ведь все Исполняющий по сущности не таким же образом пребывает во святых, каким и везде, – тогда как сущность Сына является непричаствуемой, то остается [признать], что благодать будет причаствуемой, то есть боготворящей энергией. Так что это ее назвал святой божественной и нетварной и присно сущей от присно Сущего [Максим Исповедник. Вопросоответы к Фалассию, 60. PG 90, 624D]. Но и “пришествие везде Сущего” [Ин. 14:23] чем иным будет, если не явлением таинственно Открывающегося достойным? Ибо не откуда-нибудь придет вездесущая сила, и не пребудет где-либо сущая нигде. Но Его к нам пришествие и обитание [Григорий Нисский. Письмо 26 к Евагрию. PG 46, 1108А] – это есть наше к Нему через откровение восшествие. А что же открывается и является? Сущность Божия? Отнюдь. Стало быть, благодать есть и энергия Духа, посредством которой Бог является и вселяется в достойных»[1].

Но в чем состоит это «достоинство» как условие «вселения» Бога в человека посредством благодати? Если «всё Исполняющий по сущности не таким же образом пребывает во святых, каким и везде», то это значит, что условием особого, а именно, единственно спасительного пребывания божественной благодати в верных является их святость, которая в то же время является следствием, или результатом этого пребывания («причастия благодати Духа»)… Получается замкнутый круг, или каузальное противоречие, когда одно и то же является следствием и причиной. Может быть, Палама что-то путает, и у св. Иоанна Богослова дело обстоит иным образом?

«Верьте Мне, что Я в Отце и Отец во Мне; а если не так, то верьте Мне по самым делам [Отец, пребывающий во Мне, Он творит дела]» (Ин. 14: 10-11). Мы видим недоумение апостолов, в которых еще не вмещаются истины Нового Завета. «Верьте словам Моим, а если пока не можете верить таким словам, то верьте делам, которые творит со Мной Отец». Что же тогда значит следующая фраза: «Истинно, истинно говорю вам: верующий в Меня, дела, которые творю Я, и он сотворит, и больше сих сотворит, потому что Я к Отцу Моему иду» (Ин. 14:12)? Ведь сказано было, что апостолы еще не сознают в полной мере того, что Отец пребывает в Сыне, что их смущают эти истины («Да не смущается сердце ваше» (Ин. 14:1)), отчего и возникает этот диалог, который весь перемежается этим смущением апостолов («Фома сказал Ему: Господи! не знаем, куда идёшь; и как можем знать путь?» (Ин. 14:5); «Филипп сказал Ему: Господи! покажи нам Отца, и довольно для нас» (Ин. 14:8); «Иуда — не Искариот — говорит Ему: Господи! что это, что Ты хочешь явить Себя нам, а не миру?» (Ин. 14:22)). Тем самым, условие прихода Бога в «достойных» («верующих в Меня») не исполняется ими в полной мере, ибо явным образом показано несовершенство их веры. И, тем не менее, этого малого (явленного апостолами доверия Христу) оказывается достаточно, чтобы было исполнено то, что, казалось бы, полностью обусловлено первым (действием человека), или ответное действие Бога («и Отец Мой возлюбит его, и Мы придем к нему и обитель у него сотворим»). Еще раньше было сказано, что дел, «какие Ты творишь, никто не может творить, если не будет с ним Бог» (Ин. 3:2), и истинность этих слов была подтверждена Господом. Однако теперь дается заповедь, противоположная по причинно-следственной связи: «Если не сотворишь этих святых дел, не приидет к тебе Бог …». Не говоря уже о том, что в принципе «никто не может придти ко Мне, если не привлечёт его Отец, пославший Меня» (Ин. 6:44). И, наконец, самая отчетливая формула этого парадокса: «если кто не родится свыше, не может увидеть Царствия Божия» (Ин. 3:3).

Таким образом, и в самом евангельском учении о обожении (или обитании Бога в достойных) мы сталкиваемся с логической нестыковкой обусловленного и обусловливающего, определяемого и определяющего. С одной стороны, «верующий в Меня, дела, которые творю Я, и он сотворит»; с другой – «Кто имеет заповеди Мои и соблюдает их, тот любит Меня; а кто любит Меня, тот возлюблен будет Отцем Моим; и Я возлюблю его и явлюсь ему Сам» (Ин. 14:21). В первом случае дела веры (святые дела, подобные делам Самого Спасителя) суть награда верующему за то, что он поверил Богу и полюбил Божее. Во втором случае – это свидетельство веры и любви к Богу, или то, что совершает сам человек («кто соблюдает заповеди») и что Бог вознаградит должным образом («тот возлюблен будет», «и Мы придем к нему и обитель у него сотворим»).  «Истинно, истинно говорю вам: верующий в Меня, дела, которые творю Я, и он сотворит, и больше сих сотворит, потому что Я к Отцу Моему иду» (Ин. 14:12). Но верно и обратное: дела веры является условием благодатного пришествия Бога в верующего... «Если любите Меня, соблюдите Мои заповеди» (Ин. 14:15). Это условие, выполнив которое, человеку докажет свою любовь и получит воздаяние – благодатное единство с Богом, соделается Его «обителью», которую Бог «сотворит» в человеке, причислив его к «достойным» этого. Но следом: «И Я умолю Отца, и даст вам другого Утешителя, да пребудет с вами вовек, Духа истины, Которого мир не может принять, потому что не видит Его и не знает Его; а вы знаете Его, ибо Он с вами пребывает и в вас будет» (Ин. 14:16:17). Но для чего умолять Отца, если верующий выполнил условие договора? И как можно даровать ему то, что уже «пребывает» с ним и что он «знает» (притом, что сам он одновременно свидетельствует, что не знает этого)?

Разрешение этого каузального парадокса в учении об «обожении достойных» (противоречие причины и следствия) мы находим у св. ап. Павла в «Послании Римлянам», где излагается различие Ветхого и Нового Завета, или Закона и Благодати. Суть первого заключается в том, что заповеди Ветхого Завета человек способен исполнять силами своего естества (даже в его падшем, ослабленном грехом состоянии). Отсюда уподобление в «Послании» «естественного» нравственного закона язычников – Закону иудеев, а именно, их одинаковая  недостаточность или даже тщетность для спасения, невозможность оправдания этой «законопослушностью» перед Богом. «А когда умножился грех, стала преизобиловать благодать» (Рим. 5:20). А, казалось бы, за умножением грехов должно следовать уменьшение благодати (если бы она была наградой за добродетели). Однако в ответ на умножение человеческих преступлений благодать Божия тоже умножилась ради спасаемых, потому что «новые заповеди» Христа («дела, которые Сын и Отец творят») могут быть исполнены только божественной благодатью. «Если вы будете поступать по уставам Моим и заповеди Мои будете хранить и исполнять их, то…  поставлю жилище Мое среди вас, и душа Моя не возгнушается вами; и буду ходить среди вас и буду вашим Богом, а вы будете Моим народом» (Лев. 26:3-12). Но вместо хранения заповедей старого Закона умножились беззакония. И, вопреки условиям договора, «поставлено было жилище» Бога среди народа Божия, потому что Закон, который не исполнил народ, исполнил Искупитель его грехов. «И устроят они Мне святилище, и буду обитать посреди их; все, как Я показываю тебе, и образец скинии и образец всех сосудов ее; так и сделайте» (Исх. 25:8-9). Но истинное «святилище» Богу это божественная благодать, та «обитель», которую только Он Сам может сотворить в человеке: «и Мы придем к нему и обитель у него сотворим» (Ин. 14:23). «Так и сделайте» (Исх. 25:9) = «соблюдите Мои заповеди» (Ин. 14:15). «И заключу с ними завет мира, завет вечный будет с ними. И устрою их, и размножу их, и поставлю среди них святилище Мое на веки» (Иез. 37:26). Где «поставлю среди них святилище Мое на веки» (Иез. 37:26) = «И Я умолю Отца, и даст вам другого Утешителя, да пребудет с вами вовек» (Ин. 14:16). Где «умоление Отца» это указание на то, что исполнение условий дарования благодати спасения совершено не неподзаконными (подлежащими за это осуждению), но исключительно святыми делами и ходатайством Искупителя. «Ибо Христос, когда еще мы были немощны, в определенное время умер за нечестивых <...> когда мы были еще грешниками» (Рим. 5:6-8). Условие (Закон) не было выполнено народом Божьим, но обусловленное (благодать Нового Завета) все равно было даровано Богом, потому что Сын Божий исполнил Закон вместо народа. «...когда пришла заповедь, то грех ожил, а я умер; и таким образом заповедь, данная для жизни, послужила мне к смерти, потому что грех, взяв повод от заповеди, обольстил меня и умертвил ею. Посему закон свят, и заповедь свята и праведна и добра. <...> но грех становится крайне грешен посредством заповеди» (Рим. 7:9-13). Закон, вступив в силу, произвел не праведность (как следовало), но увеличил грех, то есть, беззакония народа, преступающего Закон. И так «как закон, ослабленный плотию, был бессилен, то Бог послал Сына Своего в подобии плоти греховной в жертву за грех и осудил грех во плоти, чтобы оправдание закона исполнилось в нас, живущих не по плоти, но по духу» (Рим. 8:3-4). Однако «живущие по духу» («творящие дела, которые Я творю») это, опять-таки, живущие по благодати Божьей, сверхъестественной силе в сынах Божиих, делающей возможным исполнение еще более строгих заповедей Нового Завета. «...оправдавшись верою» [то есть, Милостью Божией, или той же благодатью, в преступлениях старого Закона] «мы имеем мир с Богом через Господа нашего Иисуса Христа, через Которого верою и получили мы доступ к той благодати, в которой стоим и хвалимся надеждою славы Божией» (Рим. 5:1).

Таким образом, парадокс спасения человека заключается в том, что оно от начала и до конца совершается Богом, Своею благодатью исполняющим и Ветхий, и Новый Завет: вместо человека (Христом – в первом случае) и через человека (в «сынах Божиих» – во втором), потому что благодать действует посредством спасаемого так же, как действовала посредством Христа, или вменяется «достойному» так же, как его оправдание (в несоблюдении ветхого Закона) Кровью Христовой.  «..представьте себя Богу, как оживших из мертвых, и члены ваши Богу в орудия праведности <...> ибо вы <...> под благодатью» (Рим. 6:13-14). «…и уже не я живу, но живет во мне Христос» (Гал. 2:20). «Вселюсь в них и буду ходить в них» (2Кор. 6:16)). «Хождение» Бога во святых – это и есть образ сотворения ими «дел, которые творю Я, и он сотворит, и больше сих сотворит, потому что Я к Отцу Моему иду» (Ин. 14:12).

Аналогичное объяснение этого парадокса детерминизма содержится в «Послании патриархов» 1723 г., в основе которого лежит «Исповедание веры» Иерусалимского патриарха Досифея, одобренное на Иерусалимском Соборе 1672 г.

«Писание учит, что всякий верующий спасается верою и делами своими, и вместе с тем представляет Бога единственным виновником нашего спасения, поелику то есть Он предварительно подает просвещающую благодать, которая доставляет человеку познание Божественной истины и учит его сообразоваться с нею (если он не противится) и делать добро, угодное Богу, дабы получить спасение, не уничтожая свободной воли человека, но предоставляя ей повиноваться или не повиноваться ее действию». «А что человек по природе может делать добро, на это указывает и Господь, когда говорит, что язычники любят любящих их, и весьма ясно учит Апостол Павел (Рим. 1:19), и в других местах, где говорит, что языцы, закона не имущие, естеством законная творят. Отсюда очевидно, что сделанное человеком добро не может быть грехом; ибо добро не может быть злом. Будучи естественным, оно делает человека только душевным, а не духовным, и одно без веры не содействует ко спасению, однакоже не служит и к осуждению; ибо добро, как добро, не может быть причиною зла. В возрожденных же благодатно оно, будучи усиливаемо благодатию, делается совершенным и соделывает человека достойным спасения. Хотя человек прежде возрождения может по природе быть склонным к добру, избирать и делать нравственное добро, но чтобы, возродившись, он мог делать добро духовное (ибо дела веры, будучи причиною спасения и совершаемы сверхъестественною благодатию, обыкновенно называются духовными), – для сего нужно, чтобы благодать предваряла и предводила, как сказано о предопределенных; так что он не может сам по себе творить дел, достойных жизни во Христе, а только может желать или не желать действовать согласно с благодатию» [2]. Почему же остальной «мир» (Ин. 14:22) не делается «возрожденным», не становится «достойным спасения» («сверхъестественной благодати»), если он и «естеством законная творит», и получает «просвещающую благодать» вместе с «достойными» («возрожденными»)? Не потому ли, что он «противиться» этому не каким-либо иным образом, как тем, что приписывает это «достоинство» самому себе, своему естеству? Ведь, согласно св. ап. Павлу, благодать дается человеку не потому, что он сделал что-то достойное этого, но для того, чтобы он сделал это «достойное».

Поэтому в каждом ортодоксальном труде по догматике и в каждой проповеди, касающейся этого вопроса, мы так или иначе встречаем этот парадокс, то есть, потому, что он содержится в самом Евангелии. «По непреложному закону подвижничества, обильное сознание и ощущение своей греховности, даруемое Божественной благодатью, предшествует всем прочим благодатным дарам. Оно предуготовляет душу к принятию этих даров. Душа неспособна принять их, если предварительно не придет в состояние блаженной нищеты духа»[3]. То есть, сначала все-таки благодать, а потом только «ощущение греховности» и все остальные условия… дарования «прочих благодатных даров». Сначала благодать – а потом только вера как… условие дарования других даров Духа. «…даруемое Божественной благодатью предшествует всем прочим благодатным дарам». Credo quia absurdum («Верую, ибо абсурдно»)!

«Действу благодати Святого Духа предшествует прощение грехов с очищением сердца от страстей, — прощению и очищению предшествует возненавидение всего греховного, — а сему возненавидению — чувство осужденности и отвержения Божия. Это последнее приходит, когда пробудится совесть под действием страха Божия и начнет перебирать все срамоты и неправости жизни. Главное — пробуждение страха Божия и совести. Это стихии нашего духа. Оживают они действием благодати предваряющей»[4]. Снова точка отсчета в «алгоритме спасения», или то, что предшествует всему, это «действие благодати предваряющей», а не какая-либо инициатива и действие человека, как это может показаться в первых фразах. «Благодать всегда благодать, и ни к какому труду не привязана. Кто привязывает ее к труду, тот за это самое может лишиться ее, — затвердите это хорошенько. Научительные отступления благодати направлены именно к тому, чтоб пособить затвердить сей спасительный урок»[5]. Как же так, если все Евангелие об этом, о необходимости делами доказывать свою веру и любовь к Богу, стяжая свое спасение? – Разумеется. Только в конечном счете – все это тоже тайные действия в человеческом сердце Бога Милующего, умножающего благодать в ответ на умножение человеческих грехов, действующего в «достойных» Своей спасающей благодатью и пробуждающего совесть грешников Своей просвещающей благодатью... «Внутреннего человека Бог созидает. Но Бог начинает действовать внутри, когда человек сознает себя совершенно ничем по всем частям, и предаст себя всецело в руки Божии, вседетельству Божию»[6]. Но когда же человек «сознает себя совершенно ничем по всем частям, и предаст себя всецело в руки Божии»? По тому же непреложному правилу: «Это стихии нашего духа. Оживают они действием благодати предваряющей». Вот и получается, что благодать – это альфа и омега нашего спасения. А посредине, как в скинии, и располагается субъект спасения со своими природными «энергиями» («стихиями нашего духа»)», увлекаемый благодатью, преображающей его естество в «достойную» обитания Бога «обитель». «Бог устрояет спасение каждого так: кто гож, того Он влечет [предваряющей благодатью] к Сыну; Сын грядущего приемлет; принятого преобразует [спасающая] благодать Святого Духа. Это первый период, приготовительный. Он длится с призвания до того момента, когда изречется в сердце: Бог есть действуяй вся во всех, и родится полное предание себя вседействию Божию. Отсюда начинается Божеское в человеке действование чрез человеческие, однако ж, силы, или богочеловечное. Се — второй период. Третий период — покой в Боге, <…> блаженство вечное»[7]. Но кто же может быть «гож» сам по себе, если «Бог есть действуяй вся во всех» и «устрояет спасение каждого» именно прежде того, как тот стал «гож» для этого, будучи «единственным виновником нашего спасения»?

Так пал Люцифер, сделавшийся себя равным Богу и лишившийся за это своего ангельского достоинства. «Ты был помазанным херувимом, чтобы осенять, и Я поставил тебя на то; ты был на святой горе Божией, ходил среди огнистых камней. Ты совершен был в путях твоих со дня сотворения твоего, доколе не нашлось в тебе беззакония. <…> От красоты твоей возгордилось сердце твое, от тщеславия твоего ты погубил мудрость твою; за то Я повергну тебя на землю, перед царями отдам тебя на позор» (Иез. 28:14-17). Тем же «знанием добра» и «становлением богами» (Быт. 3:5) он прельстил первых людей, потерявших, тем самым, то достоинство, с которым они были сотворены, ничего не сделав для этого, потому что «если по благодати, то не по делам; иначе благодать не была бы уже благодатью» (Рим. 11:6). Тем же «лжеименным» гнозисом обольщаются и потомки ветхого Адама. Приписывание себе праведности (соблюдения Закона) становится причиной отвержения Спасителя иудеями и лишения их обетованного Царства. В дальнейшем (в каббале) это приводит к обожествлению самого Израиля как Мессии и Бога во плоти. То же самое происходит в гностицизме на почве Христианства (Нового Завета): гностик почитает себя а). Нравственно Прекрасным Человеком и б). обладающим «эзотерическим знанием» пути «соединении с Абсолютом». «Но несмотря на то, что все святые ангелы и человеки обоживаются посредством одной лишь Божией энергии, – и то не всей, а некоей малой части и как бы ничтожной капли в сравнении с оным морем, по словам Златоустого богослова [Беседа на псалом 44, 2–3, PG 55, 186], – а воспринятое Словом от нас [человечество] – одной из трех ипостасей, не пропустивший ни одного самого большого злочестия и безумия Акиндин показывает себя высшим не только богоносцев и всех вообще ангелов и человеков, но и Самого – увы! – единственного Христа. Ибо он утверждает, будто Бог соединяется с ним и его последователями по всей не только лишь божественной энергии, но и сущности. Ведь именно это и сам он вводит посредством своих писаний, и своих последователей убеждает думать и говорить, дабы, как он говорит, Бог не претерпел разделения на части, если будет не совершенно весь соединен с ними»[8]. Причиной «злочестия» варлаамита, как в случае каббалиста, оказывается лжеучение именно о теозисе, или неверное решение все того же парадокса спасения. «Чуждоприсвоение  духовное  (себе  приписывание успехов)  является в  разных  видах,  и бывает  причиною  научительного  отступления  благодати»[9]. А бывает такое «чуждоприсвоение  духовное», которое становится причиною уже окончательного  отступления  благодати, когда «мир» (человек «мира») почитает себя самого Богом: или причастным Ему онтологически (то есть, природно); или (в более умеренной форме этого гностического детерминизма), когда человек «мира сего» считает, что он сам совершает спасительные (то есть, сверхъестественные) действия. «Но и когда мессалиане говорили, что сущность Божия причаствуема, тем кто, по их мнению, очищен, и ссылались на евангельское “Я и Отец приидем и обитель в нем сотворим”, и сие для своего лжеверия сильно извращали, против сих мессалиан составлен был собор [390 г.], отвергающий их лукавое мнение “происходит пришествие Утешителя и обитает в достойных Бог, но не по природе божественной”»[10]. Иными словами, за мессалианством стояли те же греховные страсти гордости и тщеславия, или то же «чуждоприсвоение  духовное  (себе  приписывание успехов») в деле «очищения», «исполнения заповедей», «веры» и «любви» к Богу, и, в конечном счете, причастия самой Его сущности, становления Богом по природе, или «единосущным» Ему. Поэтому варлаамизм для Паламы это ренессанс мессалианства. А варлаамизм, в свою очередь, подобен в этом отношении новому гностицизму: масонству, шеллингианству, почвенничеству, софиологии… Суть всех этих лжеучений заключается как раз в идее самоспасения, в делании себя Богом если не по сущности (единой субстанции «абсолюта», «нравственной природе» и т.п.), то по теургии дел, «достойных спасения». «Те, которые дают добрым делам падшего естества не заслуживаемую ими высокую цену, впадают в величайшую душевредную погрешность. Они впадают, не понимая того, в уничижение и отвержение Христа. <…> этим выражается мысль, что Искупление и Искупитель не были необходимостью для человеков, что человеки могут удовлетворить своему спасению собственными средствами. <…> Это значит: в образе мыслей (мудровании), допускающем достоинство собственной правды человеческой перед Богом по явлении христианства, непременно существует богохульное понятие, окрашивающее весь этот образ мыслей, понятие о не необходимости Христа для спасения, понятие, равновесное отвержению Христа»[11].

В качестве примера подобного «мудрования» можно привести «богословие личности» прот. Георгия Флоровского, позиционированное им и как «возрождение» патристики, актуализированную ортодоксию. «В работе “Эволюция и эпигенез” (1930) Г. Флоровский утверждает центральность личности в истории. Если природа является областью родового бытия, то история есть область бытия личностного. Нельзя строить историософские модели без философской антропологии. Если понятие развития относится к сфере природного бытия, то к становлению личности больше подходит понятие “эпигенез”, прирост бытия. Область истории характеризуется творческой свободой, наличием чистого выбора. В природе и истории действует разная причинность. Между “причинностью посредством необходимости” и “причинностью посредством свободы” есть существенная несоизмеримость. Свобода есть разрыв в причинно-следственных рядах. Этот разрыв заключается не в реализации менее вероятных следствий из одной причины, а в том, что природа трансформируется в царство смысла. Из “А” рождается невероятное “В”. Всякое действительно свободное действие есть чудо, как самосущая свобода, творящая мир “из ничего”. Сверхъестественный смысл эпигенеза отражается также и на природе, т.к. человек к ней принадлежит. История придаёт смысл природе. Истинный субъект истории есть личность, а не “общество”, “государство”, “народ”, “раса”»[12]. Мы видим здесь, что принципиальный сотериологический вопрос «причинности» как последовательности «трансформирования природы в царство смыслов [логосов]» Флоровский решает скорее по Шеллингу и Шлейермахеру, чем по святым Отцам Церкви (или скорее по Варлааму, чем по Паламе). «Сверхъестественный смысл эпигенеза» у Флоровского осуществляет сама «свободная» человеческая «личность», а не Бог Своею благодатью. Благодать здесь именно привлекается «самобытным творчеством» «свободной личности», согласно постулатам «научного направления синергийной антропологии». И это типичная теургия нового гностицизма как религии самоспасения. «”Христианство есть история от начала и до конца”, — писал Г. Флоровский. В постижении истории Г. Флоровский проводил антропологическую линию, переводя её в богословский ракурс:  “Как наука о человеке, история с необходимостью должна быть наукой богословской, коль скоро мы признаём, что конечная правда о человеке открыта в центральном христианском догмате о Боговоплощении”»[13]. В таком случае, «богословие личности в истории» Флоровского это и есть скрытый неогностический антропотеизм, «злочестивое» (согласно паламизму) наделение разумной твари функциями и свойствами нетварной природы. Или – другими словами – тот же вопрос апостола Иуды-не-Искариота («Господи! Что это, что Ты хочешь явить Себя нам, а не миру?»), только заданный уже не с целью узнать ответ на него, но – устроить полемику, или уже в позе Иуды Искариоты: «А что это Ты не хочешь явить Себя миру? А почему бы Тебе теперь вместе со Отцем и Святым Духом не воплотиться в мировую историю?» и т.д. по Гегелю и иже с ним. «…каждый человек является тем, чем, по выражению Вл. Соловьева, “задумал его Бог в вечности”. Но, являясь сверхприродной личностью, творчески-свободной сущностью, человек существует потому и вследствие того, что он есть абсолютная мысль Бога. Кроме всего, личность является для человека заданием. Цель личности коренится в задаче, обращенной к миру, и она состоит в преодолении себя самого – не в спасении, а, если можно так сказать, в том, чтобы стать прозрачным для благодати. Связь с ценностью, отношение к ней и есть такой путь: “полнота ценности” возникает и может возникнуть в эмпирическом мире потому, что Бог, “сокровищница блага”, противостоит миру, пребывая над ним. В абсолютном смысле “сокровищница блага” реальна, оставаясь нереальной в сем мире, пока она не будет усвоена человеком посредством творческой свободы. В ее усвоении творческой свободой человека заключается сверхприродное содержание истории и последний смысл эпигенеза»[14]. Что это, если не кабалистический «синтез»? И поэтому здесь уже нет евангельского парадокса детерминизма, вернее – он преодолевается совершенным иным способом: Человеческая Личность, будучи «сверхприродным» существом, способна (путем духовной эволюции) становится «прозрачным для благодати», и потому не нуждается в пресловутом «спасении» кем-то другим, ввиду того, что призвана творчески решать эту историческую задачу по «преодолению себя-эмпирического» в качестве «частицы абсолюта».

Тогда как в Ортодоксии как таковой благодать это то, что определяет и предопределяет. В отношении человека и его добродетелей божественная благодать это всегда причина, а не следствие; это производительная сила, а не производное; это всегда обусловливающее и безусловное, а не обусловленное. Потому что благодать может быть обусловлена только самой благодатью, будучи атрибутом божественной природы, являющейся причиной самой себя. «И от полноты Его все мы приняли и благодать на благодать, ибо закон дан чрез Моисея; благодать же и истина произошли чрез Иисуса Христа. Бога не видел никто никогда; Единородный Сын, сущий в недре Отчем, Он явил» (Ин. 1:16-18).

Александр Буздалов

Источник: «Нива Господня». Вестник Пензенской духовной семинарии. Выпуск 3 (25), 2022. С.5-15.



[1] свт. Григорий Палама. О божественных энергиях и их причастии. 48-49 // свт. Григорий Палама. Трактаты. – Краснодар, «Текст», 2007. – С. 85.

[2] Послание патриархов Восточно-кафолической Церкви о православной вере 1723 г. §§ 4, 14 // Догматические послания православных иерархов XVII-XIX веков о православной вере. – Свято-Троицкая Сергиева Лавра, 1995. – С. 142-197.

[3] свт. Игнатий (Брянчанинов). Аскетические опыты. Слово о спасении и христианском совершенстве. // Полн. собр. творений святителя Игнатия Брянчанинова. Изд.-2. – М., «Паломник», 2014. Т.2. – С.305.

[4] свт. Феофан Затворник. Письма о разных предметах веры и жизни. – М., «Правило веры», 2007. – С.542.

[5] Там же. – С.536.

[6] Там же. – С. 547.

[7] Там же. – С.558.

[8] свт. Григорий Палама. Антирретики против Акиндина. Слово 1, гл.7, 36-37 (XXXIX-XL) // свт. Григорий Палама. Антирретики против Акиндина. – Краснодар, «Текст», 2010. – С.26.

[9] свт. Феофан Затворник. Письма о разных предметах веры и жизни. – Цит изд. – С.551.

[10] Соборный томос, изложенный божественным и священным собором, собравшимся против единомышленников Варлаама и Акиндина, в царствование благочестивых и православных царей наших Кантакузина и Палеолога (1351). Русский перевод: http://rwmiosini.blogspot.com/2017/06/1-1351.html.

[11] свт. Игнатий (Брянчанинов). Слово о спасении и христианском совершенстве. Аскетические опыты. – Цит. изд. Т.2. – С.301.

[12] Флоровский Г., прот. Эволюция и эпигенез // Флоровский Г., прот. Вера и культура. – СПб., 2002. – С. 435 // Флоровский Г., прот. Спор о немецком идеализме // Флоровский Г., прот. Христианство и цивилизация. – СПб., 2005. – С. 416 // Рупова Р.М. Богословие истории прот. Геория Флоровского как русло патристики. [Электронный ресурс] // URL: https://bogoslov.ru/article/6174313 (дата обращения: 09.07.2022).

[13] Михайлов П. Б. Категории богословской мысли. – М., 2013. – С. 294 // Рупова Р.М. Богословие истории прот. Геория Флоровского как русло патристики. Цит. изд.

[14] Флоровский Г. Эволюция и эпигенез // Флоровский Г. Христианство и цивилизация. СПб, изд. Русской Христианской гуманитарной академии, 2005. С.439.


Комментарии

То есть, не желание человека спастись, а любовь Бога к людям, является причиной их последующего преображения?

Удивительно все-таки, до какой степени заморочили православным головы богословствующие гуманисты (представители лжеименной неопатристики). Уже прописные истины веры недоумения вызывают у людей, словно какое-то откровение... ++То есть, не желание человека спастись, а любовь Бога к людям, является причиной их последующего преображения++ Конечно, благодать - это причина, а воля человека спастись - это следствие. По-другому вообще не бывает, "потому что Бог производит в вас и хотение, и действие по Своему благоволению" (Фил 2:13).

Не желающим спастись не дана благодать.

"Не желающим спастись не дана благодать." Свет Христов просвещает ВСЕХ! -возглас во время литургии Преждеосвященных Даров. Те же слова услышала сестра ЛТолстого в ответ на молитвенный её вопль- спасти брата! К Маркс после крещения написал стихи в честь Христа исполненные благодати ,любви к Богу, и.. вскоре стал служить сатане.

"Тогда как в Ортодоксии как таковой благодать это то, что определяет и предопределяет."(с) А место для таинства Исповеди в такой Ортодоксии найдется?

Толкование притчи о десяти девах св. прп. Серафима Саровского - можно уместно вспомнить к содержанию статьи - правильно?

Таинство Исповеди не только грехи оставляет, но и видение их Благадатию дарует.

++"Тогда как в Ортодоксии как таковой благодать это то, что определяет и предопределяет."(с) ++А место для таинства Исповеди в такой Ортодоксии найдется? (Геннадий). ++Таинство Исповеди не только грехи оставляет, но и видение их Благодатию дарует (Вадим).++ Вадим, возражая тому, что «благодать это то, что определяет и предопределяет» и противопоставляя этому пример Исповеди, Геннадий хочет сказать, что Исповедь определяет человек, приходящий на Таинство по собственной воле. И за это получает Благодать. Так учит новая ортодоксия, суть которой религиозный гуманизм. Но в Ортодоксии как таковой Благодать определяет все, что касается спасения человека. А значит, и его волю прийти на Исповедь и получить прощение грехов. «Никто не может придти ко Мне, если не привлечёт его Отец, пославший Меня» (Ин 6:44). Сначала предваряющая (просвещающая) благодать, потом изменение воли человека (желание исповедовать грехи), и в конце опять благодать (спасающая, очищающая грехи). За что дана первая благодать грешнику? Ни за что. Буквально – за его грехи. «Но если по благодати, то не по делам; иначе благодать не была бы уже благодатью» (Рим 6:11). А новые ортодоксы судят о Боге по себе, по своим представлениям о «нравственной природе».

Если благодать все "определяет и предопределяет", то и причиной греха она же является. Однако кающийся во время совершения таинства Исповеди свою волю называет производителем греха.

Вера у нас сегодня новая, девять десятых каются в том что не могут исправить себя, и даже плачут от этого горько, от того что не умеют само усовершенствоваться, а то, что они оскорбляют Бога (не любят Его) они не чувствуют и не понимают. Грехов, в дореволюционном значении, не видят.

"не могут исправить себя,... плачут от этого горько, от того что не умеют само усовершенствоваться, а то, что они оскорбляют Бога (не любят Его) они не чувствуют и не понимают" А Вы ,Вадим,умеете так? Чувствовать ,понимать и горько плакать именно о том, что оскорбили Бога ? Как буд-то захотел -и почувствовал! Осознал и заплакал правильно..

"Не желающим спастись не дана благодать" - при спасение по блатодати тоже сохраняется правда Божия и Богом данной свободной воли (и Божией свизхождением к неполучивших благодати). Некрещенньıх умерших младенцев, язьıчников живших прежде Христа, и тех которьıх после Христа не усльıшали Евангельской проповеди действительно не дана благодать и поэтому они не пойдут в Царствие Божие (и сюда Бог вполне справедлив потому что Царство принадлежить Ему и Он решаеть кому приграсить и принят в Царствие Свое), но для первьıх в Синаксаре на Неделя на Страшном Суде сказано что они "ни в Царство ни в геене пойдут", а для язьıчников не сльıшавших о Христа, но живших по закона совести (Рим 2:15), святьıх говорили что они хотя и не пойдут в Царствие, но избегнуть муках в геене. А тех которьıх дана бьıла благодать но ею пренебрегли - призванньıх к вере во Христа чрез Евангельской проповеди, но не уверовавших которьıх дана бьıла предваряющая (просвещающая) благодать, и тех кто отступили от вере или тех умерших без покаяние в тяжких грехов которьıх дана бьıла освящающая благодать в св. Таинствах - подвергнутся на строгой суд Божий. "Раб же тот, который знал волю господина своего, и не был готов, и не делал по воле его, бит будет много" (Лк. 12:47)

Не умею. Видимо у меня та же вера, новая, жить вечно не собираюсь, потому что не верую, что есть загробная жизнь. А значит и Бог не к чему. Может и люблю Христа по человечеству, и Богородичку за заботливость о нас грешных. Поэтому смерть, самое лучшее из того что может случится с православным, для меня беда, как и для пасомых.

Видимо, та же вера у митрополии Русской Православной церкви на Украине, если она (митрополия) не взирая на пост Ангела, в полном составе уклонилась в раскол.

Нравственное совершенство на земле (несовершенное) достигается не всем человечеством в совокупности, а каждым верующим в частности, по мере исполнения заповедей Божиих и по мере смирения. Конечное же и совершенное совершенство достигается на небе, в будущей бесконечной жизни, к которой кратковременная земная жизнь человеческая служит лишь приготовлением, подобно тому как годы, проведенные юношей в учебном заведении, служат приготовлением к будущей его практической деятельности. Если бы назначение человечества ограничивалось земным его существованием, если бы для человека всё кончалось на земле, то почему же земля же и яже на ней дела сгорят» (2Пет. 3: 10), как говорит святой апостол Петр? Он же присовокупляет: «Нова же небесе и новы земли по обетованию Его чаем, в нихже правда живет» (2Пет. 3: 13). Без будущей блаженной бесконечной жизни земное наше пребывание было бы неполезно и непонятно. Желание трудиться на благо человечества – весьма благовидное, но поставлено не на своем месте. Царственный пророк святой Давид говорит: «Сперва уклонись от зла, а потом уже сотвори благо» (Ср.: Пс. 33: 15). У нынешних же людей дело выходит навыворот. Все хотят, на словах, трудиться на благо ближним, и нисколько или весьма мало заботятся о том, что наперед нужно самим уклониться от зла, а потом уже заботиться о пользе ближних. Широкие затеи молодого поколения о великой деятельности на пользу всего человечества похожи на то, как если бы кто, не кончив курса в гимназии, много мечтал о себе, что он мог бы быть профессором и великим наставником в университете. Но, с другой стороны, думать, что если мы не можем двинуть вперед всего человечества, то вовсе не стоит трудиться, – это опять другая крайность. Каждый христианин обязан по силам своим и сообразно своему положению трудиться на пользу других, но с тем, чтобы всё это было во время и в порядке, как выше сказано, и чтобы успех наших трудов представлять Богу и Его святой воле. В первом письме своем вы упоминаете о книгах «Самопомощь», «Самодеятельность». Я этих книг еще не видал, и что в них содержится, не знаю. Старинные люди говаривали: без Бога не до порога. И Сам Господь в Евангелии глаголет: «Без Мене не можете творити ничесоже» (Ин. 15: 5). А новые мудрецы, как видно из заглавия этих книг, рассуждают теперь иначе. Но известно, что самоделковые вещи выходят самой дешевой цены, с общим укором: самодельщина – топорной работы. Впрочем, скажу вам, как можно понять в христианском смысле самопомощь и самодеятельность. Прочтите сами и пусть сын ваш прочтет со вниманием в Евангелии от Матфея от начала 5-й главы до конца 10-й; и потом пусть он постарается и в жизни своей исполнять содержащиеся в этих главах евангельские заповеди. Через такую христианскую самодеятельность он сам себе окажет великую помощь в нравственном и христианском отношении. В заключение скажу: посоветуйте вашему сыну, чтобы он не смешивал внешних человеческих дел с духовно-нравственными. В первых, как-то: во внешних изобретениях, отчасти в науках, пусть находит прогресс. А в христианско-нравственном отношении, повторяю, всеобщего прогресса в человечестве нет. Впрочем, и во многих науках или отраслях знания незаметно прогресса. Не думаю, чтобы нынешние ученые так хорошо знали и понимали, например, мифологию и вообще классическую древность, как их знали и понимали Василий Великий и Григорий Богослов. Преподобный Амвросий Оптинский (Гренков).

Вадиму. Это у Вас отчаяние, гоните ,зачем оно вам !

О как хорошо! Обмен мыслями активизировался! "А новые мудрецы, как видно из заглавия этих книг" О,если бы заглавия книг еретиков, осененных писателей такие были : " Будь самопомощник, самовоскреситель души! " , то тогда и яд не проглотишь .Само-самосовершествование-внутри книги, в капсульных идеях. А капсула- в яйце.Пасахальном ! с иконочкой. С состраданием и высокохудожественной лестью. Не сразу поймёшь..и проглотишь. Какой уж тут сын, я себе помочь не могу.

Например, Достоевский не назвал свой роман: "Князь христос". А : Идиот. - приглашение к жалости! Из Евангелия мы знаем , что Господь простил блудницу с одним условием:" больше не греши!" Новый христос Достоевского прощает без заповеди :не греши! Греши . т.к имеешь извинение в разврате. Объявляю тебя: невинной, чистой, честной ! В общение именно со мной, укрепись сознанием праведности! А если мои слова тебя не счастливят [обольщают] надолго,то ты агрессивна, ты просто безумна, не утомляй меня ,кроткого - таковы вера и лесть ["жалость" ] князя Мышкина [и всего крысиного рода] Почему у Д так много про страдания - сострадание? Т.к по Д, - страдания и милосердие дают разрешение грешить. Затыкают совесть.Удолетворяют собственному правосудию, так сказать. Сострадание разрешает и "утешить" жертву. Т.к блуд тут же и "очищается" тем же состраданием. [Соня М ведь названа не просто доброй, а "святой"!] Так у доктора Лизы -стриптизерши раздеваются на публику ,а снятую с себя одежду, отдают нищим через "святую Лизу". Достоевский так много описывает страданий - состраданий ещё и потому, чтобы оправдать прежде всего себя, и любовницу Суслову ,доказывает читателю: через страдания легко прощать себя и не называть грех грехом ,не в себе, не в ближних. Ибо "все христы! " И "все- дети!" [ Даже убийцы! эта мысли есть в романе: П и Н ] Статья о благодати Божией. Так вот, Достоевский "заменил", оклеветал благодать своей фантазируемой сострадательной любовью. Иди и если слаба- греши! Ты все равно чистая и честная! Зачем же тебя тревожит совесть?[ тем более Божий Суд и страх осуждения в геенну ?! ]Ты любима, ты можешь преобразиться нашей любовью, своей любовью ,а она вся, конечно от Бога! Здесь ,на ИИ ,читала один меткий комментарий: "из-за идей Достоевского, мы не можем покаяться по настоящему!". Верно. Тем более эти идеи звучат во всех жанрах современных проповедников Церкви. Недавно была в Брянске : у Кафедрального Собора огромный рекламный щит : Только одна голова митр Антония Сурожского и слова: КАЖДЫЙ ЧЕЛОВЕК - ЭТО ИКОНА, КОТОРУЮ НУЖНО ОТРЕСТАВРИРОВАТЬ, ЧТОБЫ УВИДЕТЬ ЛИК БОЖИЙ. "Отреставрировать"- это вовсе не вопль: "вем яко недостоин милости Твоея,но достоин есмь всякого осуждения и муки!". Просто запишитесь в Даниловцы и ваш лик божий опубликуют на 1 страницу "Славянки". "Детская литургия проводится в нижнем храме Кафедрального Собора"..

Оставить комментарий

История идей


ПОДДЕРЖАТЬ САЙТ

Карта Сбербанка: 5469 4800 1315 0682


Dvagrada logotyp.jpg