Меню

Богословские «крайности» Апостола и синергианская борьба с ними

Дата создания: 

03/05/2024

Иконка Геронтия в livejournal.com

1

Вставший на защиту «святой Синергии» претендующий на ортодоксию юзер под ником «Геронтий», ранее показавший себя неутомимым в полупелагианском лукавстве в комментариях под нашими работами, посвященными опровержению этого ложного учения, собрался с мыслями и представил общественности несколько собственных постов, в которых сформулировал свои основные аргументы и попытался их обобщить. Что мы всегда приветствуем в наших заблудших братьях, потому что последовательное опровержение их ложных доводов может способствовать осознанию своего недомыслия и приходу «в разум истины» если не их самих, то кого-то другого, пребывающего в том же неведении. Поэтому (опуская лишь очевидные неправды и клевéты указанных опусов) мы используем эту возможность еще раз указать нашим братьям на допускаемые ими богословские ошибки, что всегда можно проверить и самому убедиться в достоверности доводов оппонента (в отличие от намеренной лжи, которая неисправима). 

Поскольку основной довод Геронтия, как не трудно было догадаться, сводится к тому, что «консенсус патрум» не может ошибаться в таком существенном вероучительном вопросе, как соотношение благодати и воли в деле спасения, и это кажется ему железобетонным подтверждением его правоты, начнем сразу со святоотеческого синергианства, что мы уже не раз делали, но всегда готовы вписать новую страницу в эту летопись в надежде, что найдутся желающие не только читать, но и понимать, не только слушать, но и слышать.

«Милость Божия окружает и хранит [Пс 22:6] христианина по силе заботящагося об исполнении заповедей Христовых и о покаянии»,  —

говорит преп. Амвросий Оптинский в письме, выстраивая традиционную для синергианства по-пелагиански перевернутую причинно-следственную связь между действиями воли и благодати: дескать, только тех, кто, по мере своих сил, заботится об исполнении заповедей и покаянии, Бог сохраняет и помогает им, а кто не заботится, тот милости Божьей и помощи не жди. Или, как свидетельствует сам Геронтий:

«Так преподобный Кассиан и учил, — говорил, что в душе нашей есть семена добродетелей (см. тринадцатое собеседование, главу 12), что как только Бог усмотрит в человеке, хоть слабое, возникновение доброго желания, то возбуждает его к исканию спасения, укрепляет (см. тринадцатое собеседование, главу 8)» (gerontiey ЖЖ. По поводу обвинений прп. Иоанна Кассиана в полупелагианстве. Выделено жирным – Геронтием).

Это и есть полупелагианское недомыслие в худшем значении этого термина, т.е. несомненного искажения истин Откровения. Потому что в апостольском Христианстве милость Божия хранит человека не по какой иной «силе», кроме силы самой милости Божией, имеющий причину в самой себе. В том и проявляется эта сверхъестественная Милость, что человек сподобляется выказывать заботу об исполнении заповедей, ибо и это тоже делает благая воля Божья, а не падшая человеческая. И чтобы в этом убедиться, достаточно поднять глаза и посмотреть на строчку выше того же псалма,  на который преп. Амвросий ссылается: «Уготовал еси трапезу... и милость Твоя поженет мя вся дни живота моего, и еже вселити ми ся в дом Господень в долготу дней» (Пс 22:5-6). «Трапеза здесь», по ортодоксальному толкованию преп. Максима Исповедника, «означает деятельную добродетель: ибо она Иисусом Христом уготована противу стужающих нам». А союз «еже», в свою очередь, означает «чтобы», или «дабы», показывая, что здесь является причиной, а что следствием. Что означает, что Господь уготовал Своим избранным те самые добродетели, которыми стяжается Его Царство и которые синергианство мнит заслугой свободного решения воли; и что Он уготовал их как «трапезу», т.е. как Свои дары, а не как воздаяние «возникшего в человеке доброго желания». Таким образом, Псалмопевец говорит буквально то же самое, что и Апостол (потому что оба говорят одним духом благодати), а именно: Бог по Своей милости предвечно уготовил вам святые добродетели, чтобы вы ходили по Его путям, и поэтому производит их в вас Своею благодатью («помазанием главы елеем»), сохраняя вас этой Собственной силой от падения во все время вашей жизни, чтобы Он мог по Своему благоволению спасти вас. Потому что первый, кто является «сопротив стужающим» христианину, это его собственный «ветхий человек» и его падшая воля, которую благодать подавляет и умерщвляет, не давая ей делать свои «похоти», «потому что плотские помышления суть вражда против Бога; ибо закону Божию не покоряются, да и не могут» (Рим 8:7). 

Спасение в Христианстве происходит вопреки греховности человека, а не благодаря его добродетели. Добродетели «нового человека во Христе» появляются в нем как дары Духа, поэтому это заслуга благодати, а не воли ветхого человека, которая по самой своей природе есть «похоть плоти». «Всё же сие производит один и тот же Дух, разделяя каждому особо, как Ему угодно. Ибо, как тело одно, но имеет многие члены, и все члены одного тела, хотя их и много, составляют одно тело, — так и Христос. Ибо все мы одним Духом крестились в одно тело, <…> и все напоены одним Духом» (1Кор 12:11-13). Синергианство же полагает, что предпосылки святых христианских добродетелей («семена» Кассиана) находятся в душе ветхого человека, а благодать только помогает им развиться в необходимой для спасения мере. Юный Илья увлекался прогнозированием будущего; Бог оценил это и «помог» ему стать великим пророком Илией, осуществив его мечту. Вот примитивная логика синергианства. Но спасение, повторим еще раз символ веры Апостола, происходит вопреки человеку, а не благодаря ему, «получающему оправдание даром, по благодати Его, искуплением во Христе Иисусе» (Рим 3:24). У избранных ко спасению нет других «заслуг», кроме грехов ветхого человека. Поэтому сама ветхая немощность и являются единственной предпосылкой и основанием его избрания как чистого помилования Всевышним Судией. И все добродетели будут ему дарованы той же Божьей милостью и рождены в церковном Таинстве, в котором новый человек во Христе родится как сын Божий по благодати. И поскольку так и только так происходит в текущей реальности, ничего другого не может и предведаться Богом прежде всех век. Как об этом на чистом греческом языке говорит Апостол: «Ибо кого Он предузнал, тем и предопределил быть подобными образу Сына Своего, дабы Он был первородным между многими братиями. А кого Он предопределил, тех и призвал, а кого призвал, тех и оправдал; а кого оправдал, тех и прославил» (Рим 8:29-30). Потому как если бы Бог предузнал «семена» их добродетелей и заслуги их доброй воли, Ему не нужно было бы их оправдывать Кровью Христовой, потому что собственные достоинства служили причиной их оправдания. Для того и понадобилось божественное предопределение ко спасению, что сам падший человек не мог самоопределиться к жизни с Богом, «ибо плоть желает противного духу, а дух — противного плоти» (Гал 5:17).

Даже чисто логически предопределение может быть только безусловным. Условным является определение (а не пред-определение), что означает, что если произойдет нечто (будет выполнено условие определения), то последует нечто другое (будет осуществлено определенное). В частности, если человек сделает условленное (уверует и раскается), то Бог сделает обусловленное (подаст благодать на достижение Царства славы). Но в Христианстве, каким мы его знаем по Посланиям св. ап. Павла, такой каузальности просто не может быть: человеческое здесь никогда и ни в каком смысле не может быть причиной спасения, а божественное – его следствием. У Апостола божественное предопределение это абсолютная первопричина спасения, которая исходит из самой себя, т.е. из одной только благости божественной сущности. Бог прежде всех век предвидит не достоинство спасения, но, наоборот, безысходность падения человека в грех и предрешает спасти его, вопреки невозможности этого для погибшего. Об этом всё Евангелие, Апостол и все канонические молитвы самой Церкви, где спасение это помилование грешника, а не торжественная церемония награждения заслуженного праведника. Достаточно просто сопоставить богословие Православного молитвослова с синергианским учением о предведении заслуг, чтобы заметить существенное противоречие самой логики этих учений, указывающее на то, что тут произошло какое-то досадное недоразумение. Заслуги святых, конечно же, имеют место быть. Но их генеалогия в синергианстве неверно истолкована. Потому что их (все христианские добродетели без исключения, начиная даже не с веры, но с самого первого движения воли человека к Богу) производит одна только божественная благодать, а не ветхая воля, как повторяет Апостол на все лады в своих Посланиях. Потому что если бы воля падшего естества могла сама это сделать (положить такое начало оправдания человека), Богу не нужно было бы выносить Своего предопределения, но достаточно было бы только условного определения, раз это условие человек мог бы быть выполнить собственными силами. Но Апостол говорит именно о предопределении, которого в синергианстве просто не должно быть вообще, настолько оно противоречит основным принципам этой волюнтаристской доктрины. Потому что предопределение означает именно безусловный характер детерминации будущего, и в данном случае это предопределение того, что условие спасения будет выполнено избранным независимо ни от чего и ни от кого, кроме воли Самого Предопределяющего, Который берется произвести в субъекте Своего предопределения всё, что потребуется для его спасения. И чтобы нейтрализовать эту «крайность» учения Апостола, восточным гуманистам пришлось разбавить его своим волюнтаризмом, придумав такую богословскую химеру как «условное предопределение».

«Но это неправда, — что человек в естественном состоянии будто вовсе не может ни желать, ни помыслить что-либо сообразное с волею Божиею» (gerontiey ЖЖ. По поводу обвинений прп. Иоанна Кассиана в полупелагианстве).

Только проблема для синергианства заключается в том, что именно это мнение и осуждено в 5-м каноне Карфагенского собора 418 г., на основании многих свидетельств Священного Писания определившего, что ни пожелать, ни помыслить этого ветхий человек не может без действия благодати. «Ведь поскольку апостол говорит: Знание надмевает, а любовь созидает, то было бы весьма нечестиво думать, что мы имеем благодать Христову для того знания, которое надмевает, но не имеем ее для той любви, которая созидает. Однако и то, и другое, — и знать, что именно мы должны делать, и с любовью стремиться к совершению этого, — это дар Бога, [подаваемый для того], чтобы, когда любовь станет созидать, знание не могло сделать нас надменными. И как написано о Боге: Он учит человека знанию [Пс 93. 10], точно так же написано [и другое]: Любовь [происходит] от Бога [1 Ин 4. 7]» (Русский перевод:  Смирнов Д. virtusetgloria.org).

Один из основных ложных аргументом синергианства – это ссылка на Рим 7:18, где Апостол говорит о наличии доброй воли в ветхом человеке, которая не осуществляется, что, по их мнению, демонстрирует лишь ослабление человеческой природы в состоянии грехопадения и необходимости помощи благодати, чтобы осуществлять исходящее от воли желание добра, т.е. исполнения Ветхого закона, или (что то же самое) естественного закона самой человеческой природы. «Ибо знаю, что не живет во мне, то есть в плоти моей, доброе; потому что желание добра есть во мне, но чтобы сделать оное, того не нахожу» (Рим 7:18). И здесь мы можем проследить всю последовательность недомыслия синергианства и, как следствие, его противоречивость. Потому что одновременно, напомним, оно исповедует, что этим хотением добра («расположением») как принадлежащим человеку «предначинаем» помощь божественной благодати «нами приобретается», потому что Бог «взыскует» такие благие начинания в человеках и оказывает Им всяческое содействие Своею благодатью. Но если бы это было так, т.е. если бы корреляция действий воли и благодати была такой, то всякое исходящее от человека хотение добра (тем более – от иудея, находящегося под Ветхим законом), наоборот, неизменно осуществлялось бы, получая тут же от Бога недостающую сыну человеческому силу осуществить задуманное. Понимаете, насколько нужно запутаться, чтобы не видеть, что один твой тезис прямо отрицает другой. И происходит это по тем же самым причинам, почему это происходило и в пелагианстве. А именно, это в очередной раз показывает, что синергианство либо вовсе не различает природы ветхого человека в Адаме и нового человека во Христе (как это обстоит в пелагианстве), либо делает это непоследовательно . Потому что «плоть» в терминах Апостола это синоним «ветхого человека». Соответственно, «не живет в плоти моей доброе» у Апостола означает, что даже добрая воля ветхого человека не имеет никакого сотериологического значения и ни в какой степени не служит оправданием человека, в частности, не выступает заслугой, которая вознаграждается благодатью, как уповает синергианство. Потому что спасительная благодать в Христианстве Апостола подается только Христа ради, а не ради доброй воли ветхого человека. Потому в ветхом человеке и «не живет доброе» (Рим 7:18), что не «живет в нем Христос» (Гал 2:20), а значит, и Отец со Святым Духом которые, ради заслуги Жертвы Христовой, «живут» в новом человеке, производя в нем «и хотение, и действие» (Фил 2:13). Т.е. сама природа доброй воли в ветхом и новом человеке различны: в первом случае – это падшее естество (и поэтому все это было и остается тщетным, вело и ведет ко греху и смерти), а во втором – это Божья благодать, вознаграждающая саму себя («И от полноты Его все мы приняли, и благодать на благодать» (Ин 1:16)), производящую в христианах и добрую волю, и действие по доброй воли. «Но вы не по плоти» (не по воле ветхого человека) «живёте, а по духу [благодати], если только Дух Божий живёт в вас» (Рим 8:9). А значит, и добрая воля в вас не ваша, но воля того же Духа Божия, потому что «уже не я живу, но живет во мне Христос» (Гал 2:20), а вашей она становится только по причастию (а не по самовластию, как мнит волюнтаризм).

О том же самом, о чем говорится в Послании Римлянам, говорит евангельский фрагмент Лк 11:13. Поэтому наш апологет синергианства не может не привести его в подтверждение правильности этого учения.

«…Сам Христос сказал: «Итак, если вы, будучи злы, умеете даяния благие давать детям вашим, тем более Отец Небесный даст Духа Святаго просящим у него» (Лк.11,13). Таким образом, Преподобный говорит вполне согласно словам Спасителя» (gerontiey ЖЖ. Лжеучитель справа: А.В.Буздалов),

где «если вы, будучи злы, умеете даяния благие давать» = «когда язычники, не имеющие закона, по природе законное делают» (2:14-15). Поэтому вывод, который делает из этой вводной ап. Павел, не может быть другим и в случае приведенных слов Христа. А именно: «заграждаются всякие уста, и весь мир становится виновен пред Богом, потому что делами закона» [как иудейского, так и естественного] «не оправдается пред Ним никакая плоть; ибо законом познаётся грех» (Рим 3:19-20). Что означает, что «будучи злы» это божественное определение именно природного состояния «ветхого человека», поэтому даже когда эта падшая природа делает что-то доброе, совершает единичные исполнения закона (Ветхого или естественного закона совести), это ни коим образом не служит ему оправданием, потому что божественному осуждению к смерти за первородный грех приговорена именно сама природа падшего человечества («ибо законом познается грех»). Что вслед за пелагинством и отрицает синергианство, утверждая что сие «неправда», потому что Преподобный такой-то и Святитель такой-то авторитетно заявляли противоположное.

Как же тогда была возможна праведность в Ветхом завете, продолжает свою полемику с Апостолом синергианство, если Искупительная Жертва на Кресте еще не была принесена?

«суть ветхозаветной праведности – не дать диаволу заставить себя совершить грех» (gerontiey ЖЖ. Лжеучитель справа: А.В.Буздалов).

Но суть как раз в том, что по Евангелию и Апостолу, это невозможно. Только «закон духа жизни» [благодати] «во Христе Иисусе освободил меня от закона греха и смерти», потому что ветхий человек жил «по плоти» не потому что недостаточно противился дьяволу и героически понуждал себя соблюдать закон, но именно по непреложному «закону греха» как духовной «смерти». И только заслуженной Кровью Христовой благодатью стало возможно сынам человеческим «умерщвлять дела плотские» и быть «живым», потому что все «живущий по плоти» (по «ветхому человеку», или все, пребывающие в падшем Адаме)  «закону Божию не покоряются, да и не могут» (Рим 8:1-13). Таким образом, в синергианской антропологии, как и в пелагианской, ветхий человек «может» именно то, на что он онтологически (по самому закону существования своей падшей природы) не способен в Христианстве Апостола.

«…надо было бы доказывать, что человек не может противиться диаволу, а заодно рассказать о том, как появились ветхозаветные праведники, и как они, ещё не будучи искупленными от Первородного греха, тем не менее, “противились диаволу” и не впадали в блуд и идолопоклонство» (gerontiey ЖЖ. Лжеучитель справа: А.В.Буздалов).

Именно это и доказывает Апостол в Послании Римлянам, отрицая саму возможность духовного «добра» в ветхой природе, потому что такое «благо» может исходить только от божественной благодати, а не от падшей человеческой природы («плоти»). Потому что лишение благодати падшего человечества и означало его духовную смерть. А значит, праведность Ветхого завета была возможно только ради того же Христа, как это объясняет блаженный Августин и другие Отцы, толкующие Апостола адекватно. Потому что эти праведники были избраны во Христе прежде создания мира, поэтому той же благодатью им давалась и уготованная вера в Него, а вовсе не потому, что это было заслугой их «свободного решения», как мнит пелагианство и синергианство, потому что все, что связано со спасением в Христианстве происходит только ради Христа и производится только благодатью Святого Духа, как непреложно заповедано у Апостола, а значит, не может и толковаться никак по-другому в Христовой Церкви. «Если же Дух Того, Кто воскресил из мёртвых Иисуса, живёт в вас, то Воскресивший Христа из мёртвых оживит и ваши смертные тела Духом Своим, живущим в вас» (Рим 8:11).

Примером характерного для синергианства толкования Рим 7:12 служит толкование свт. Иоанна Златоуста.

«Откуда же, спросишь, произошел грех, если наставник [закон] был так достоин удивления? От нерадения учеников. Потому (апостол) присовокупил: аз же плотян есмь, изображая человека, жившего и в законе и до закона. Продан под грех. После смерти, говорит он, толпою нахлынули страсти. Когда тело сделалось смертным, то оно по необходимости приняло и похоть, и гнев, и болезнь, и все прочее, что требовало многого любомудрия, чтобы наводнившие нас страсти не потопили помысла в глубине греха. Сами по себе они не были еще грехом, но произвела это необузданная их неумеренность».

Почему Святитель в очередной раз произносит очевидную богословскую несуразность, смешивая укоризненные и неукоризненные страсти (в результате чего у него, получается, что греховные страсти это еще не сам грех: «похоть и гнев» в умеренной дозировке приемлемы, и только «сверх меры» они становятся грехом и подлежат осуждению законом)? – Происходит это именно потому, что он исходит из неверной синергианской антропологии, где причина нарушение закона это только личное «нерадение» одних находящихся под законом субъектов, а не «зло» самой падшей природы, как говорит Спаситель и Апостол. Поэтому в толковании Святителя радение («многое любомудрие») как свободное решение других позволяло им удерживать свои страсти в узде и не приступать закона. Что очевидным образом противоречит словам Апостола, у которого «весь мир становится виновным пред Богом» (Рим 3:19), потому что «живущий» в падшей природе «грех» (Рим 7:17) именно неотвратимо ведёт всех и каждого носителя ветхой природы ко греху, потому что сама эта падшая природа осуждена на смерть в первородном грехе, и именно в том заключается это осуждение, что греховные страсти влекли, влекут и будут влечь до Страшного суда ветхого человека к совершению греха непреодолимо для его воли. Единственным исключением из этого непреложного правила и служили праведники Ветхого завета, потому что, будучи избраны во Христе прежде создания мира, они были априори предопределены к оправданию в Нем и поэтому получали дары Духа (и хотение, и действие по Богу) еще до Искупительной Жертвы Сына Божия. Поэтому апостольское учение о вине падшего Адама, наследуемой всеми и каждым его потомком, подвергалось и подвергается в синергианстве ревизии в толковании канонов Карфагена 418 против пелагианства, потому что синергиане вполне разделяли и разделяют с пелагианами их волюнтаризм, в частности, объясняя нарушение заповедей ветхим человеком лишь личным дурным расположением, тем самым, повторяя мудрование Пелагия о «способности человека быть без греха», опровержению чего посвящен отдельный трактат Августина «О природе и благодати», основные положения которого и выражены в определениях Карфагенского собора 418 г.

«Не живет в плоти моей» («в ветхом человеке») «доброе», – свидетельствует Апостол истину святой христианской веры. – Это потому так, парирует синергианство, – что ты, Савл, сам был в этом виноват, потому что не радел должным образом, не имел «многого любомудрия», как имели другие, за что и сподобились «помощи благодати», вспомоществующей только ищущим ее праведникам, выказывающим, тем самым, свое «достоинство» спасения. В действительности же, именно это мнение и осуждено в 5-м определении Карфагена 418, потому что и то, и другое, по Апостолу, производится в избранных одной и той же Христовой благодатью, а не «любомудрием» ветхого человека, как мнили пелагиане и синергиане.

«Если бы люди грешили в неведении, то они недостойны были бы и подвергаться наказанию»;

«ведь если мы грешим не произвольно, а по принуждению, то опять наказания, прежде бывшие, не имели бы основания», –

продолжает Святитель, не подозревая, что буквально повторяет классические аргументы Пелагия. Поэтому победившему в Церкви в 5 в. полупелагианству пришлось вовсе удалить из канонических правил Карфагенского собора 418 г. З-е определение, в котором говорится, что наказанию подвергаются не то, что согрешающие в неведении ветхие человецы, но и вовсе не согрешающие умершие без крещения младенцы. Что было неприемлемой для синергианства евангельской и апостольской «крайностью», подрывающей всю их доктрину волюнтаризма на корню.

«Но как словом “не разумею” (апостол) выразил не незнание, а то, что сказано нами выше [нерадение], так, прибавив –  “не еже хощу”, обозначил не необходимость, а неодобрение сделанного, потому что если бы словами – “не еже хощу, cиe творю” он не это выразил, то почему бы не присовокупить ему: делаю то, к чему принуждаюсь и подвергаюсь силой, ведь это именно и противоположно воле и свободе», –

говорит Святитель, выражая основные принципы синергианства. Которые опровергает Апостол, присовокупляя именно то, что в ложном толковании синергианства он якобы не делает: «Если же делаю то, чего не хочу, то соглашаюсь с законом, что он добр, а потому уже не я делаю то, но живущий во мне [первородный] грех» Рим 7:16-17), именно насилующий волю ветхого человека и попирающий в ничто его мифическую волюнтаристскую «свободу». В чем, повторим, и заключалось осуждение в ветхом Адаме всех его потомков к духовной смерти, т.е. именно к неодолимой власти греха под падшей природой и ее ветхой волей, в безысходности этого рабства человеческого рода похотям дьявола.

«Бедный я человек! кто избавит меня от сего тела смерти? Благодарю Бога моего Иисусом Христом, Господом нашим (Рим 7:24-25). В то время как в синергианстве благодарение за это освобождение по праву принадлежит и самому человеку, который имел в самом себе достаточное любомудрие и свободу воли, чтобы разделить с Богом  славу за свое спасение, а значит, «смерть» ветхого человека, согласно свидетельству Апостола, была вовсе не смертью, но только «болезнью» природы, согласно толкованию Святителя, остатки здравия которой благодать только развивает, а не воскрешает умершего в первородном грехе в Таинстве Крещения. «И вас, мертвых по преступлениям и грехам вашим, в которых вы некогда жили, по обычаю мира сего, по воле князя, господствующего в воздухе, духа, действующего ныне в сынах противления, между которыми и мы все жили некогда по нашим плотским похотям, исполняя желания плоти и помыслов, и были по природе чадами гнева, как и прочие" (Еф 2:1-3). Как мы видим, по ясному учению Апостола, каждый ветхий человек является чадом гнева Божия вовсе не по своему личному нерадению, но по самой своей  падшей природе. Что прямо отрицает превратное толкование синергианства.  «Удивляюсь, что вы от призвавшего вас благодатью Христовою так скоро переходите к иному благовествованию, которое [впрочем] не иное, а только есть люди, смущающие вас и желающие превратить благовествование Христово» (Гал 1:7).

При этом, на наш взгляд, отличием святоотеческого полупелагианства и нынешних синергиан вроде Геронтия служит то, что полемика блж. Августина с представителями школы преп. Иоанна Кассиана (в которой первый показал и неопровержимо доказал противоречие учения второго Священному Писанию и канонам ряда соборов против пелагианства, в том числе – Карфагенского) осталась неизвестной на Востоке, поэтому там, можно сказать, пребывали в неведении и искренно заблуждались и, одновременно, правильно (с апостольским антропологическим минимализмом и сотериологическим моноэнергизмом) богословствуя в церковных молитвословиях (то есть, всю заслугу спасения отдавая Богу, все приписывая одной только Его милости и благодати). В то время как современные переводы этой антиполупелагинской полемики Августина и подробные комментарии к ней лишает современных синергиан этого смягчающего обстоятельства, делая их противление истине осознанным.

«Кроме того, тут можно ещё увидеть связь крайности августинизма с догматом Западной Церкви о папской непогрешимости. Если уже человек помимо его воли становится святым, то почему Папа не может быть безгрешным помимо его воли по должности, хотя бы только в вопросах вероучения? Никаких препятствий в положительном ответе на этот вопрос, в связи с безусловной предопределенностью августинизма, быть не может» (gerontiey ЖЖ. По поводу обвинений прп. Иоанна Кассиана в полупелагианстве).

В действительности, идеология догмата о папской непогрешимости не августианская, но, наоборот, пелагианская (непогрешимость пап находится здесь в контексте идей «способности человека быть греха» и «сверхдолжных заслуг святых»), потому что реабилитация Пелагия и поиск компромисса с его учением началась еще при его жизни папой-гуманистом Зосимой (и по этой же причине этим же папой была инициирована цензура августианского учения Карфагена 418 г., в частности, удаление 3-е канона о вменении вины за первородный грех умершим без крещения младенцам). Окончательный отказ от августианства и догматизация полупелагиансткого волюнтаризма в католицизме произошли на Тридентском соборе в XVI в, т.е. в эпоху тотального «возрождения» язычества в Европе. Что лишний раз показывает не только заблуждение наших оппонентов (не видящих в своем умопомрачении, что они борются с «крайностями» не Августина, но с истинами самого Евангелия и Апостола), но и их упорство в нем.

2

Хотя мы не планировали отвечать на явную клевету со стороны нашего оппонента, а показать только его заблуждения, однако в виду того, что помутнение его практического и теоретического разума прогрессирует (не позволяя ему понять ни пелагианства, ни августианства, ни – тем более – всех отличий между ними), новое и самое отборное враньё Геронтия все-таки придется прокомментировать. 

Сначала его ложь в адрес блаженного Августина.

«Что же касается святых отцов, то у их учения два преимущества перед учением Блаженного: во-первых, оно основывается на Священном Предании, в котором говорится как о предопределении, так и о свободе выбора» (gerontiey ЖЖ. Кальвинист Буздалов против Восточной Церкви).

Иными словами, Предание у Геронтия основывается на самом себе. Замечательно. Ложь, как всегда, сама обличит себя, нужно только дать ей выговориться. Потому что у сотериологического моноэнергизма (учения о самовластии благодати) Августина именно то преимущество перед волюнтаризмом синергианства, что первое имеет обоснование не только в вероучительных определениях Поместных и Вселенских соборов, но, прежде всего, в Священном Писании и, в частности, в Посланиях св. ап. Павла. И поскольку с последним у синергианства явные проблемы, выступающий его заступником Геронтий, как та библейская ослица, глаголал истину, сам того не желая.

«Отмечу сразу же и ложь о том, что положение бл. Августина и свт. Иоанна Златоустого в Церкви одинаково – якобы они оба Вселенские учителя. Интересно, а откуда он это взял, когда для самой Церкви, что различие  очевидно из самих именований этих святых, а потому бл. Августин никак не Вселенский учитель» (gerontiey ЖЖ. Кальвинист Буздалов против Всосточной Церкви). 

Если бы Геронтий открыл Деяния Вселенских соборов, то он увидел бы там не только прославление блж. Августина в чине Учителя Церкви вместе и одновременно со св. Иоанном Златоустом, но в придачу и анафему тем, кто в этом сомневается, как Геронтий. Хотя, учитывая, что святоотеческую литературу он вообще ставит в один ряд с Откровением (раз этой литературе достаточно опираться на саму себя), вполне возможно, что дело здесь не только в невежестве Геронтия, но и в осознанном пренебрежительном отношении к Августину как святому второго сорта (потому что в Восточном Предании можно найти и это тоже, такой там разброс «свободных решений воли»). 

И теперь несколько клевет Геронтия уже в наш огород.

«...памятуя о любви Буздалова к навешиванию ярлыков, хочу и на него самого поставить мою собственную печать, оттиск с которой будет “Кальвинизм"» (gerontiey ЖЖ. Кальвинист Буздалов против Всосточной Церкви). 

Разница между ярлыками Буздалова и Геронтия в том, что первый показывает и вразумительно доказывает, почему именно этот богословский стикер должен быть здесь повешен. Ярлык же «протестантизма» от Геронтия – Буздалову, как корове седло. Потому что только самое топорное мышление может видеть что-то общее между тем, о чем говорит Буздалов, и кальвинизмом. Что также можно рассматривать как пример синергианского типа мышления, то есть, отдаленными ассоциациями, неточными определениями, смутными понятиями, ложными умозаключениями. Потому что для Буздалова кальвинизм это такое же пелагианство, как и католицизм, так как все они учат тварной благодати и отрицают апостольский теозис. А природа благодати и осуществляемое ею обожение – это ключ к пониманию вопроса соотношения благодати и воли. Но оппонент оказался насколько бестолковым (или – в лучшем случае – как типичный волюнтарист, настолько равнодушным к вопросу природы благодати), что так и не понял, о чем идет речь даже после ознакомления с книгой Буздалова и авторских комментариев специально для него. В чем ранее Геронтий сам невольно признался.

«Что Буздалов умеет, так это придумывать пафосные фразы-симулякры вроде “апостольского детерменизма и антропологического минимализма” в которых и смысла-то никакого нет. Типично-софистический прием состоящий в “оглушении” ума читателей, дабы “оглохнув” они заглатывали всё, что им предлагается» (gerontiey ЖЖ. Лжеучитель справа: А.В.Буздалов).

Т.е. человек находился в состоянии богословской контузии, когда это все писал, и как всякому контуженному, ему казалось, что тишина (бессмысленность) это свойство окружающей его реальности, а не его восприятия этой реальности. Попросту говоря, признаваясь в оглушении терминологией Буздалова, Геронтий признался, что, по большому счету, он ничего не понял у Буздалова. И это заметно.

Свойственная синергианству, в целом (и только ярко выраженная – в случае Геронтия) некорректность, или несфокусированность богословского мышления (что можно сравнить с миопией или астигматизмом при нарушении зрения) обусловлена тем, что в нем отсутствует четкие определения и ясные понятия по ключевым вопросам корреляции воли и благодати. Для решения этой богословской задачи необходимы две вещи: принципиальное различие природных свойств ветхого и нового человека (потомков падшего и нового Адамом) и понимание нетварной природы благодати. И суть в том, что в синергианстве, как и в пелагианстве, как раз нет ни первого, ни второго (хотя и с тем и другим в синергианстве дело обстоит чуть лучше, что и позволяет выделить это учение как среднее между истиной августианства и ложью пелагианства). Если воспользоваться той же аналогией со слабым зрением, то у Пелагия и иже было минус пять диоптрий, а у Кассиана и иже с ним полупелагиане – минус один.

«И тут сразу же надо указать на то, что Буздалов является анафематствованным еретиком, ибо отвергает 9-й член Символа Веры, раз учит о том, что Единая Святая Соборная и Апостольская Церковь, т.е. Кафолическая Церковь, которой после отпадения Рима стала являться только Восточная Церковь, впала в ересь» (gerontiey ЖЖ. Кальвинист Буздалов против Всосточной Церкви). 

И это после того, как Буздалов терпеливо объяснял Геронтию, что он называет «святоотеческим полупелагианством», а именно, очевидные противоречия и двусмысленности в Восточном Предании в учении о соотношении благодати и воли, где апостольское спасение силой одной только благодати соседствует с гуманистической идеологией заслуг буквально в одних и тех же текстах (со множеством примеров, которые можно проверить, как это принято в богословской науке и науке вообще). И поскольку правильное учение (благодать производит благоволение в новом человеке во Христе, а не ждет, когда такая воля сама проявится в ветхом человеке и только тогда спешит «на помощь», потому что это невозможно в принципе) также присутствует в учении Православной Церкви (в первую очередь, в канонах Карфагенского собора 418 г. и других антипелагианских соборов эпохи Августина), Буздалов никоим образом не ставит и никогда не ставил под сомнение не только святость Православной Церкви, в целом, но даже преподобия Иоанна Кассиана, несмотря на то что, тот имел очевидным образом ошибочные теологумены на этот счет. Буздалов вообще ни ставит в зависимость святость и богословскую непогрешимость (или непогрешимость веры клира и действительность совершаемых ими таинств, как это делают богословские варвары вроде Геронтия), потому что отдельные ошибки можно найти у всех Отцов (например, большинство Поместных Церквей веками перекрещивали крещеных, что запрещено тем же Символом веры), что лишь богословская малограмотность не позволяет увидеть и религиозный фанатизм – признать.

Но самое поразительное то, что последнее обвинение предъявляет человек, который, как выясняется, сам не так давно заявлял следующее:

«Да, теперь она (РПЦ) явно безблагодатна, поскольку перешла на сторону антихриста. Для вашего "утешения" скажу, что так же точно думаю о всех т.н. Поместных Церквях» (gerontiey).

Что означает, что ложь в очередной раз обличила саму себя, потому что если кто здесь и попадает под «анафему» Геронтия на «отвергающих 9-й член Символа веры», так это он сам. Поэтому такие защитники синергианства только компрометируют его своей неосведомленностью, безграмотностью и оголтелой ложью. Так что даже нам стало обидно за «святую Синергию», что никого приличней и адекватней не нашлось ей в адвокаты.

В заключении (и не для Геронтия, по всей видимости, окончательно выбравшего путь лжи, но для всех, ищущих понимания) приведем выдержки из важнейшего в истории вопроса письма епископа Гиппона к пресвитеру Сиксту, написанному Августином сразу после Карфагенского собора 418 г., осудившему пелагианство, и подводящему его итоги. Потому что обнародование этого комментария Августина к решениям Карфагена и вызвало волну сначала волнения, а потом и сопротивления в монашеской среде Церкви, как западной, так и восточной ее части. Что означало принципиальное несогласие этой возомнившей себя церковной элиты с решениями Карфагенского собора, что привело к будущей победе полупелагианства как откату на «царскую среднюю» позицию, или частичной реставрации пелагианства. Символично и то, что адресат письма Сикст в дальнейшем стал папой, потому что именно Рим сыграет ключевую роль в отказе от августианского богословия Карфагена и догматизации синергианства во всей Церкви. «Ведь когда [некоторые] полагают, что отнято будет у них свободное решение, если не признают они, будто саму добрую волю человек имеет без помощи Божией, – то совсем не понимают, что [таким образом] они не утверждают человеческое решение, но надмевают его, так что оно возносится в пустоте [per inania fratur], а не основывается на Господе, как на устойчивом камне, ибо воля уготовляется от Господа» (блж. Августин. Письмо 194-е. К римскому пресвитеру Сиксту / Блаженный Августин. Антипелагианские сочинения позднего периода. Пер. Д.В. Смирнов. М., изд. АС-ТРАСТ, 2008. С.99). Именно об этом и говорилось в 5-е определении Карфагена, где употреблен этот же самый термин «надмевание». Весьма показательно и то, что последние слова в приведенном фрагменте письма (выделены курсивом), являющиеся цитатой из Книги Притч (8:35), в синодальном переводе уже отредактированы в традиции победившего волюнтаризма  («Потому, кто нашел меня, тот нашел жизнь, и получит благодать от Господь»), что является уже прямым искажением Священного Писания (ср. церковнославянский перевод: «И уготовляется хотение от Господа»). И Августин усиленно акцентирует внимание на том, что именно ложное учение о «свободе воли» (как имеющее основание в самой себе, что возможно только для божественной природы) приводит пелагианство ко всему остальному его зловерию как следствию этой «надменности».

О том, насколько этот пелагианский волюнтаризм популярен в церковном сознании по сей день, можно судить по количеству лайков под репликой Александра Дугина в ВКонтакте:

«Бог наделил нас свободой, чтобы мы отдали ее Ему. <…> Мы призваны (не обязаны, не должны!) с любовью вернуть ее Богу, свободно и осознанно. Человек не механический инструмент, не орудие» [в руках Божиих, как, опять же прямо говорит об этом Апостол в Рим 9:20]. «Он нечто намного большее. По свободе он равен Богу. Ангелы тоже свободны. Как Бог. Это осознал Люцифер, но какой страшный вывод он из этого сделал. Если мы в ответ на любовь Бога не возвращаем свободу Ему, мы оказываемся в плену Люфицера» (Александр Дугин. https://vk.com/wall18631635_14903).

Вот уж, воистину, сказал безумец в сердце своем: «по свободе человек равен Богу», только свободу эту нужно пожертвовать Богу, а то уподобишься дьяволу. В действительности же (т.е. в евангельском Христианстве) именно тем, что он уравнивает тварь и Творца, он и демонстрирует свое подобие дьяволу, которого он буквально цитирует («и вы будете, как боги, знающие добро и зло» (Быт 3:5) под бурные овации православных христиан.

«Итак, какая заслуга может быть у человека до благодати, чтобы по этой заслуге получил он благодать, если любая наша добрая заслуга производится в нас лишь благодатью; так что когда Бог увенчивает наши заслуги, он увенчивает не что иное, как Свои дары? Ибо в начале веры мы получили милосердие  не потому, что были верующими, но чтобы стали мы верующими, так точно и в конце, когда настанет вечная жизнь, Бог увенчает нас, как написано, милостью и милосердием [Пс 102:4]. Поэтому не зря воспевают Богу: Милосердие Его предварит меня [Пс 58:11]. Потому и сама вечная жизнь, которую будем мы иметь в конце без конца, хотя и воздается за предшествующие заслуги, однако, поскольку те самые заслуги, за которые она воздается, не нами приготовлены по нашей способности, но сотворены в нас благодатью, то и сама эта вечная жизнь именуется благодатью, по той лишь причине, что подается она даром, и потому даром, что подается не за заслуги, но [подается] благодаря тому, что дарованы и сами заслуги, по которым она дается. И если поищем мы свидетельства, где вечная жизнь называется благодатью, то найдем у того же великого защитника благодати апостола Павла. Воздаяния за грех, – говорит он, – смерть, а благодать Божия – вечная жизнь во Христе Иисусе, Господе нашем» (Рим 6:23). Посмотри, прошу тебя, насколько предусмотрительно расположил он слова в этом столь кратком изречении. Если внимательно их разобрать, то темнота этого вопроса понемногу начнет проясняться. Ведь когда он сказал: Воздаяния за грех – смерть, кто здесь не посчитал бы, что весьма уместно и последовательно было бы, если бы он прибавил: “А воздаяние за праведность – жизнь вечная”? Это воистину так, поскольку как за вину в грехе причитается в качестве воздаяния смерть, так за заслугу праведности причитается в качестве воздаяния вечная жизнь. <…> Но божественный апостол, [выступая] против превозношения, которое столь сильно пытается прокрасться к великим [людям] <…> подвизаясь ревностно против этой чумы превозношения, он говорит <…> чтобы праведность не превозносилась человеческой доброй заслугой, хотя нет никакого сомнения, что человеческая злая заслуга – это грех, он говорит в противовес» [пелагианскому мудрованию]: «“А воздаяние за праведность – жизнь вечная”, он говорит: Благодать Божия – жизнь вечная. И чтобы не искали ее на каком-либо ином пути, помимо Посредника, он добавляет: во Христе Иисусе, Господе нашем» ((блж. Августин. Письмо 194-е. К римскому пресвитеру Сиксту. Цит. изд. С.108-110).

Именно этим поиском «иного пути» оправдания человека и занялось синергианство после Карфагенского собора, возобновив пелагианский спор с учением Апостола, предложив в качестве вариантов человеческих заслуг праведности «семена добродетелей» ветхого человека, «свободное решение» ветхого человека, «веру» ветхого человека, «противление дьяволу» ветхого человека, «естественное добро» ветхого человека и благополучно протащив все это контрабандой в догматическую сотериологию. 

Александр Буздалов


Комментарии

Геронтий так часто говорит о естественном добре, как будто оно имеет волю приблизить Дух Святой. Апостол Павел о себе: ".. по правде законной – непорочный. Но что для меня было преимуществом, то ради Христа я почел тщетою. Да и все почитаю тщетою ради превосходства познания Христа Иисуса, Господа моего: [Зач. 245.] для Него я от всего отказался, и все почитаю за сор [!], чтобы приобрести Христа и найтись в Нем не со своею праведностью, которая от закона, но с тою, которая через веру во Христа, с праведностью от Бога по вере" А веру даёт Бог, ибо не люди Бога избирают ,а Бог избирает людей.

Праздные так и стояли бы праздно если бы Господь Сам на пошел звать их работать в виноградник Свой, и судя по смыслу текста Евангелия никакого желания идти наниматься-прояления "доброй вчеловеческой воли" стоящие праздно и не проявляли, Однако не всегда вера-дар свыше есть, иначе откуда бы взяться ересям и зловерию, как проявление той самой "доброй человеческой воли".Ниже классический пример веры от головы ветра своего.https://youtu.be/JGGcXYCUjXA

Оставить комментарий

История идей

Книги «Конструктивная неопределенность» православного экуменизма

Книги Церковный коллаборационизм


ПОДДЕРЖАТЬ САЙТ

Карта Сбербанка: 5469 4800 1315 0682